– Просто передайте ей, что я уехал на облаву и посещу её завтра.

– Поймайте этого монстра! Это не правильно, что он безнаказанно убивает наших детей. Покажите ему наш гнев и силу!
– Прокричала она вслед, прикрыв входную верь.

– Мы поймаем его, надеюсь, что сегодня.

Собаки быстро взяли след, и от деревни Сушер мы погнали его по холмистому лесу. Гончие сходят с ума от запаха Зверя и лают, оглушая, что немного нагнетает атмосферу и притупляет слух.

– Кажется, я уже вижу его!
– Воскликнул Пьер, устремив взгляд вдаль.

Где-то за огромной елью стало заметно рыжеватое пятно. Оно двигалось быстро, издавая злобный рычащий звук. Зверь маневрировал между вековыми соснами и низкорослыми кустами, легко уходя от погони. Но мы были быстры и решительны. Еще чуть-чуть и косматая шерсть виднелась в сотне метров, готовая принять на себя наш гнев.

– Стреляйте!
– Заорал Олье, и охотники одни за одним стали тратить пули и стрелы арбалетов.

Это было нечетно, пять - шесть пуль и одна стрела угодили в цель. Каждый видел это и был готов перерезать горло недобитому чудовищу. Мы были несказанно рады, нагоняя, казалось бы, мертвое, лежащее где-то за ягодным кустом, животное, но, доехав до того места, где Зверь свалился, обнаружили пустоту

.

– Он сквозь землю будто провалился!
– Закричал один.

– Нет, растворился, как туман!
– Воскликнул второй.

– Главное, что эта тварь ушла от нас в очередной раз...
– озлобленно прошептал мой отец и развернул лошадь.

***

На следующее утро я навестил Мари-Жанну, которая действительно сильно заболела. Девушка была слаба, не хотела есть и еле перебирала ногами. Впрочем, спустя двое суток она чувствовала себя на удивление прекрасно, и я, наконец, попросил ее руку и сердце. Мы решили сыграть свадьбу двадцатого июня. Любовь моя была самой красивой и самой умной девушкой Жеводана, я был безмерно счастлив.

С тех пор мы не видели Жеводанского зверя сто двадцать два дня. Ни одного мертвого ребенка, ни одного нападения на беззащитных девушек. Казалось, что у нас вышло его убить в тот раз, пока не наступило второе марта 1767 года.

***

– Антуан, Антуан, Дорогой мой!- Закричала из открытых дверей таверны Мари-Жанна.

– Любовь моя, что стряслось?
– Испугался я.

– Мальчика убил Зверь, это произошло около деревни Понтажу, прямо рядом с нами, - заявила она. Пастушка описала рыжего огромного волка с горящими желтыми глазами, сказала, что он размером с быка. Я, конечно, его не видела, но описание не оставляет сомнения, - пояснила Мари-Жанна.

– Мы не убили его, он опять смеётся над нами, Любовь моя.

Наша семья с десятком охотников поехала на облаву в деревню Понтажу. Труп мальчика выглядел ужасно, видимо Зверь оголодал за зиму, поэтому тело было растерзано буквально на куски. Когда мы мерили размеры укусов, к нам подошла та самая пастушка.

– У него... были... человеческие глаза...

– Как вы смогли рассмотреть это?

– Еще светало. Было темно. Мальчик вывел овец на поле, тоже сделала и я, но немного позже...
– начала она, загадочно озираясь по сторонам.

– Что, что было дальше?!
– Взвыл мой брат.

– Я увидела, как он рвет мальчишку на мелкие-мелкие кусочки. А затем Зверь подошел ко мне, я уже подумала, что это конец.
– Она остановилась и набрала воздуха.
– Он посмотрел мне прямо в глаза. Зверь почему-то не убил меня, лишь оскалил зубы и обнюхал волосы. Он хотел, чтобы я рассказала вам всё. Это его звериный план.
– Пастушка еще раз осмотрелась по сторонам.
– Любой из вас может быть Зверем! Когда лучи света упали на его морду, я разглядела глаза. Полный грусти человеческий взгляд. А затем волк умчался по чистому полю в сторону Бессере-Сен-Мари.
– Она сделал секундную паузу.
– А вы, охотники, как раз оттуда.

– Значит его логово у нас под боком...
– прошептал я.

– Или она врет!
– Сказал отец.
– Он бы никого не оставил в живых, Антуан. Это волк, он не боится света, то есть не убежал бы при виде рассвета, наш Зверь не сова...

– Я не вру, сэр Шастель.
– Возмущенно сказала девушка и покинула нас.

***

За весну Жеводанский зверь совершил тридцать шесть нападений, и мы уже не сомневались, что он просто залечивал раны в течение долгой холодной зимы. Граф д'Апше не терял надежду на уничтожение монстра. Мы проводили одну облаву за другой, но всё четно.