Килэй выживет в горах.

– Спасибо, но мне помощь не нужна, - сказал он с недовольным видом.

– Боюсь, у тебя нет выбора. Мой меч – твой, - ее рука дернулась невольно к ножнам

на бедре, и она поняла, что их там нет. – А куда он убежал?

– Он? – сказал Амос.

– Да, он. Корабли и мечи в Королевстве получают женские имена, и я подумала, что

пора мечу стать им. Его зовут Предвестник, если… - она вскочила и застыла. –

Предвестник? – она склонила голову, как лиса, слушающая шорох зайца под снегом. А

потом она развернулась и побежала к кабинету. – Я иду, Предвестник!

– Ох, эти пациенты с травмой головы, - пробормотал Амос.

Когда они догнали ее, показалось, что в комнате прошла буря. Книги Амоса валялись

повсюду, чистые и грязные вещи смешались в кучи. Кровать лежала на боку, а стол – вверх

ножками, одна из них была с трещиной.

– Не половицы! – сказал Амос, но было поздно.

Килэй опустила пятку на одну из планок, и та с треском сломалась. Она вырвала ее и

еще несколько, отбросив прочь. Когда дыра стала большой, она потянулась внутрь. Ее

рука пропала по локоть, а потом она издала победный вопль.

– Нашла! – радостно сказала она, вытаскивая изогнутый меч.

– Черт, девица! Если бы ты подождала минуту, я бы сам его тебе достал без таких

разрушений, - сказал Амос. Он старался спрятать меч от чужих глаз, а теперь был

разрушен весь его кабинет.

– Прости, я не знала, что вы его спрятали, - сказала она, прикрепляя ножны к поясу. –

Он звал меня, и я не могла…

– Звал? Ты безумна? – перебил Каэл. Он знал, кто будет потом все убирать, и это

точно не Амос.

– Нет, - сказала она твердо. – И я могу доказать.

Она выхватила меч и плавно взмахнула. Лезвие было прочным, белым, сияющим и

изогнутым посередине, чтобы терзать плоть. Он никогда не видел такой меч, он

представлял, как он сносит голову с плеч без усилий. Но это было не самое странное.

Меч гудел, прорезая воздух. Звук был зловещим, почти человеческим. Он словно

слышал в зове радость и… голод. Почему-то захотелось бороться.

– Где ты его нашла? – сказал Каэл, не сводя взгляда с меча, а она взмахивала им.

– Скорее он нашел меня, - ухмыльнулась она.

Он сомневался раньше, но теперь видел, как она двигалась с мечом, и верил, что

Килэй была воином.

– Ты кого-то убивала?

– Каэл, - резко сказал Амос, но она не обиделась.

– Я тебе уже говорила, что да.

– На что это похоже?

Она перестала взмахивать.

– Похоже? Не очень приятно, должна сказать, - она сунула Предвестника в ножны и

посмотрела на Каэла. – Я встречала уже таких, как ты: мечтателей, читающих книги. Ты

думаешь, что битва – это что-то чудесное.

– А разве нет? Это ведь прекрасно – защищать дом. И помогать тем, кому нужно,

бороться за тех, кто не может себя защитить. Или такое не важно для изгоев?

Ее губы изогнулись в улыбке. Она начала что-то говорить, но покачала головой.

– Забудь. Я вижу огонь в твоих глазах, и я не буду его гасить. Так куда мы пойдем?

Амос встревожился.

– Вы уходите? Но пошел снег. Вы замерзнете до полуночи.

– Я не ухожу, - он повернулся к Килэй. – И ты не идешь со мной.

Она открыла рот, чтобы возразить, но раздался громкий грохот. Напоминало гром, но

от этого дрожал весь дом. Каэл схватил Амоса за хрупкие плечи, чтобы тот не упал, и

Килэй расставила руки в стороны для равновесия.

– Что это такое? – пролепетал Амос, когда все прошло. Он оттолкнул Каэла и открыл

дверь.

Снаружи полился свет, ярко-оранжевый свет. Злой свет. Крики и звон металла

доносились среди снега. По рукам Каэла побежали мурашки, и они не были связаны с

холодом.

– Что это?

После долгой паузы Амос сказал:

– На Тиннарк напали.

Глава 7:

Волки с железными зубами

Потрясение наполнило меня ватой. Он едва ощутил, как Килэй встала рядом с

Амосом. Она выглянула в дверь, щурясь и глядя в ночь.

– Это люди графа, - сказала она через миг. – Небеса… они привели магов.

Дом содрогнулся, вспыхнула молния, раздались крики. Каэл пошел к двери, но Амос