Шрифт:
— Я возьму с собой Лефти Джонса… но, вы знаете, ведь наябедничали не Эстовиа, они просто…
Канарелли двинулся к своему помощнику, угрожающе подняв руку, но в это время в соседней комнате послышался шорох.
Рэкетир насторожился, как охотничья собака. Крадущимися шагами подошел к двери, приложил глаз к замочной скважине и распахнул дверь настежь. Он секунду постоял на пороге и воскликнул с удивлением.
— Элла! Какого чорта вы тут делаете?
Подруга Белобрысого Ланга вышла из соседней комнаты, несколько растерянная.
— Я только что зашла сюда.
— Как вы сюда попали? Откуда у вас ключ?
— Сибилла дала.
— Сибилла?
— Да, мы ходили за покупками, и у меня разболелась голова. Она дала мне свой ключ, и я пришла полежать.
— Вы спали?
— Нет, не спала.
— Вы слышали, о чем мы говорили?
— Слышала.
Белобрысый Ланг с тоской взглянул на свою приятельницу.
— Элла — хорошая девушка… она не подведет.
— Ты отправляйся в Шестнадцатый район, Пятидесятая улица. Разыщи Лефти и действуй.
Светловолосый юноша взглянул на Эллу и пошел к дверям, сильно расстроенный.
Когда Ланг вышел из комнаты, выражение лица Канарелли изменилось. Он протянул руку:
— Во второй раз это не пройдет. Лучше верни-ка мне ключ… и послушай, Элла… Ты знаешь, о чем мы говорили… так вот у меня к тебе дело…
12
Мистер А. М. Гот, недвижимостью которого интересовался Белобрысый Ланг, жил в доме из темного камня; когда-то, повидимому, это был нарядный особняк, но дожди и ветры давно разрушили лепную отделку фасада.
Пятидесятая улица — улица тихая и мирная, окаймленная двумя рядами домов с однокомнатными квартирами. Обитатели Пятидесятой улицы, встречаясь изо дня в день, иногда начинали раскланиваться друг с другом, хотя и не были знакомы.
К дому № 16 подъехало такси, — редкое явление на Пятидесятой улице. Из машины вышли двое мужчин — два чистильщика окон, судя по ведрам, щеткам и резиновым швабрам, которые они держали в руках.
Чистильщики окон были люди молодые. Один из них отличался светлыми, почти белыми волосами, сильно развитой шеей и атлетическим сложением. Приехавшие быстро поднялись на каменное крылечко и остановились у дверей. Они стояли очень близко друг к другу и украдкой озирались по сторонам, что вряд ли стали бы делать обыкновенные чистильщики.
Беловолосый юноша дернул звонок и в то же время, скривив рот, подмигнул своему спутнику. Спустя некоторое время дверь приоткрылась, и в щель выглянул старичок с газетой в руке; ни слова не говоря, он тотчас потянул дверь к себе, чтобы прикрыть ее, но светловолосый молодой человек поспешно просунул ногу в щель.
— Мистер Гот?
— Мне не нужно мыть окна.
— Мы от «Общества владельцев недвижимости в переулке Деггерс»… у вас там есть дом?
Старик с изумлением выслушал эти слова.
— Ну и что же? — перебил он.
— Он плохо содержится, портит вид переулка, — наставительно заявил молодой человек. — Помимо того, квартирная плата у вас чересчур низкая, и вы неаккуратно взыскиваете ее.
— Вам-то какое до этого дело?
— Вы должны итти в ногу со всеми! — заорал светловолосый. — Должны быть заодно с прочими домохозяевами переулка Деггерс! Объединиться с ними! Защищать себя, а вместе с тем и их!
Старик окинул взглядом своих странных и властных посетителей, снова потянул дверь, но не смог ее закрыть.
Оба гангстера вошли в прихожую и остановились перед домохозяином.
— Что вам нужно от меня? — спросил он уже менее уверенно.
— Нам нужно, чтобы вы выбросили семью Эстовиа на улицу за неплатеж.
— Какого дьявола! — Угрожающее движение беловолосого юноши заставило его снизить тон. — Они заплатят…
— Не годится. «Общество владельцев недвижимости в переулке Деггерс» постановило взимать плату вперед… никаких хвостов… деньги на бочку.
— Но… Эстовиа сейчас не могут заплатить вперед.
— Тогда выбросьте их на улицу.
— Нет, этого я не сделаю, — твердо сказал старичок.
— Не сделаете, вот как?
— Да, не сделаю.
Короткая пауза, после которой светловолосый спросил:
— Видите вон то окно?
— Убирайтесь вон из моего дома!
— Грязноватое окно, мыть надо!
— Вон отсюда, говорят вам!
— Джемс, — приказал белобрысый, — пройдись-ка шваброй по окошку мистера Гота.
Джемс поднял резиновую швабру и быстро, одно за другим, выдавил два стекла. Раздался звон осколков на мостовой.