Шрифт:
Мирберг кивнул:
— Это и моя точка зрения. Почему бы вашей компании не пойти навстречу мисс Сейлор и не предоставить ей возможность получить стоимость секрета производства непосредственно от Военного министерства?
— Мысль хорошая, — кивнул мистер Корли.
— В таком случае, почему бы вам не подписать от имени вашей компании отказ от прав на секрет?
— Вряд ли я мог бы это сделать, мистер Мирберг.
— Почему?
— Потому что отдельное лицо не может связывать компанию. Я действую исключительно в качестве представителя и сам ничего решать не могу.
— Но вы ведь пришли ко мне для заключения такой сделки.
— Я был уполномочен предложить определенную сумму наличными, только и всего.
Когда Мирберг, мисс Сейлор, и Каридиус вышли у «Лекшер-билдинг», автомобиль повернул и повез мистера Корли обратно на завод военного снаряжения.
31
На тротуаре перед «Лекшер-билдинг» стояли Роза Сейлор и ее два спутника. В глазах ее был испуг.
— Почему он так вдруг уехал? Как вы думаете, уж не подозревает ли он, что я…
Мирберг кивнул головой:
— Очевидно. Какое совпадение, что одному и тому же человеку было поручено повидать Канарелли и снестись с вами по поводу метода изготовления пороха! Я даже не успел сказать Джо, чтоб он предупредил своих людей насчет вашей лаборатории.
— И Корли совсем ничего нам не предложил, — жалобно проговорила мисс Сейлор.
— Поднимемся в контору и обсудим все это, — предложил Мирберг.
— Нет, я пойду домой. Я всегда говорила Джиму, что мы ни гроша не получим за его изобретение. Прощайте… Мне пора.
— Прощайте! — весело крикнул Мирберг. — Никогда не отчаивайтесь, пока есть надежда на судебный процесс. Если дело дойдет до суда, может быть, нам и удастся отвоевать у Рэмбург-Норденской компании право на изобретение Джима.
— Мисс Сейлор, я еду в аэропорт и подвезу вас, — предложил Каридиус.
— Но мне не по дороге с вами.
— Возможно, зато мне с вами по дороге. — Он помахал рукой вслед уходившему Мирбергу и оглянулся, ища такси.
Когда они сели в машину, он сказал:
— Подумайте, как не повезло… но вы не огорчайтесь. Знаете, мне кажется, что рано или поздно компания все равно узнала бы, что это изобретение Джима.
— Да, но мы получили бы, по крайней мере, две тысячи долларов.
Каридиус внимательно посмотрел в лицо своей спутнице.
— А вы с Джимом сильно… сильно рассчитывали на эти две тысячи долларов?
— Как вам сказать? Не так, чтоб уж слишком, — неуверенно ответила мисс Сейлор.
— Неправда! — воскликнул Каридиус. — Вижу, что рассчитывали.
— Нет… нет, право.
Каридиус, поддавшись внезапному порыву, коснулся ее руки.
— Мисс Сейлор, вы можете быть вполне откровенны со мной… Мы с Джимом вместе учились в школе. Скажите мне, как его материальные дела?
Она немного помедлила, потом сказала:
— Он сейчас работает неполную неделю… всего четыре дня. А писать научные статьи для журналов ему запрещено. Компания, вероятно, боится, что он выдаст что-нибудь; по той же причине ему нельзя читать лекции, хотя ему несколько раз предлагали, а одно бюро культурных развлечений даже хотело заключить с ним договор на серию научных докладов. И усы отпускать ему нельзя.
— Что? Что? — перебил ее Каридиус.
— Нельзя отпускать усы, — повторила мисс Сейлор с усмешкой. — Заведующий лабораторией сказал, что компания не желает, чтобы ее научные работники носили усы, и что хотя не так уж страшно, если один человек будет носить усы, но это создаст прецедент.
Каридиус так искренно расхохотался, что и она улыбнулась, но тотчас добавила:
— В свое время это испортило мне много крови.
— Воображаю… и не удивительно… — согласился Каридиус.
Несколько минут они ехали молча. Вдруг Каридиус порывисто повернулся к своей спутнице:
— Знаете что, мисс Сейлор, я сейчас скажу одну вещь, только вы обещайте, что это останется между нами.
Мисс Сейлор широко раскрыла глаза:
— Хорошо, а в чем дело?
— Вот что… изобретение Джима доставило мне небольшую сумму денег…
— Изобретение Джима?
— Да.
— Каким образом?
— К сожалению, я должен воздержаться от объяснений.
— Ну и что же?
— И вот я сейчас только сообразил, что если бы не оплошность моей фирмы, вы получили бы от мистера Корли тысячу долларов.