Каридиус поднялся и пошел вслед за женой в гостиную, несколько обеспокоенный неожиданным визитом Эссери. Он был так смущен, что даже позабыл познакомить их с женой.

— Пожалуйста, пожалуйста! Рад видеть тебя, Джим, и вас мисс Сейлор…

— Я не имела удовольствия познакомиться с мистером Эссери и мисс Сейлор, — напомнила Иллора сладеньким голоском.

— Ах, прости, дорогая. Мисс Сейлор, это — моя жена, а это, милочка, Джим Эссери… Я так много рассказывал тебе об обоих.

— Теперь это миссис Джим Эссери, — с улыбкой поправил изобретатель.

Чета Каридиусов смутилась. Наступила неловкая пауза.

Каридиус чувствовал смутную досаду оттого, что девушка, которой он дал тысячу долларов, немедленно после этого обвенчалась с другим.

— Как это вы так… вдруг пошли и обвенчались? — с удивлением воскликнула Иллора.

— Да, так и обвенчались… только что… — улыбнулась Роза.

— А почему вам пришло в голову обвенчаться именно сегодня?

— Видите ли, мы уезжаем, — объяснил Эссери, — уезжаем неизвестно на сколько времени, и вот, для того чтобы упростить получение паспортов и прочие формальности, мы и обвенчались.

— Вот как? Вы уезжаете за границу? Как интересно! — Каридиус с досадой подумал, что они на его тысячу долларов собираются прокатиться по Европе, а он, честный, добросовестный труженик, собственник этой тысячи, должен сидеть дома.

— Да, — со вздохом подтвердила миссис Роза, — мы едем в Японию.

Чета Каридиусов снова изумилась. Иллора сказала:

— Но вам как будто вовсе не хочется ехать!

— Совсем не хочется, — грустно призналась Роза.

У Каридиуса мелькнула смутная догадка о причине их внезапного отъезда:

— Кумата! — воскликнул он.

— Правильно, — кивнул Джим Эссери, повидимому очень довольный, что Каридиус сам догадался.

— Мы продали Кумата электрический прибор, которым Джим убивал мышей, — объяснила Роза. — Вы ведь его видели, мистер Каридиус?

— Да, видел… Джим убил им мышь.

— Какой ужас! — содрогнулась Иллора.

— Но ведь всего только мышь, — успокоил ее Каридиус.

Ему вдруг стало не по себе, но тут он вспомнил, что его фирма получит комиссионные за продажу Кумата электрического аппарата, и он снова повеселел.

— Кумата уговорил меня ехать вместе с ним, — объяснил Эссери, — потому что никто, кроме меня, не знает, как обращаться с прибором. Он заверил меня, что его правительство предоставит мне полную возможность изготовить машину настоящего размера. Фактически я буду руководить всеми работами.

— Чудесно! — Каридиус кивнул головой, еще раз вспомнив о комиссионных. — А… а что значит машина настоящего размера?

— Гм… ну, машина, достаточно большая, чтобы можно было демонстрировать… действие… в полном объеме.

— Да… конечно, помимо денежной стороны дела, тебе, как изобретателю, хочется посмотреть на твою машину в действии. Это естественно.

— Я так и знал, что ты одобришь мое решение. Мирберг пришел в восторг, когда узнал, что я продал аппарат Кумата.

— Если принять во внимание, сколько ты натерпелся со своим первым изобретением, никто не может осуждать тебя.

— Так мне и Мирберг сказал, — кивнул Эссери. — Я… я предпочел бы развить это дело здесь… для нас… но тут все так ненадежно…

— О чем это вы, мужчины, толкуете? — перебила их Иллора.

— Видишь ли, милочка, Джим предоставил одно свое изобретение в распоряжение Военного министерства, а оно каким-то образом попало в руки компании заводов военного снаряжения… вот он теперь… другое свое изобретение помещает в другое место.

— А за первое свое изобретение он никаких денег не получит?

— Думаю, нет.

— Возмутительно!

Наступило молчание.

— Кто знает, когда мы с вами увидимся, — начала Роза.

— Когда вы едете? — спросил Каридиус.

— Что же… я думаю, ради моего пороха нам нечего больше торчать здесь, — сказал Эссери, — с ним покончено. Мы завтра и уедем. И… и я пришел поблагодарить тебя, Генри, за то, что ты прислал мне сегодня… Я принес его обратно… Теперь он мне больше не нужен. Я никогда и не мечтал о таких деньгах, какие получил. — Джим был глубоко растроган. Он вынул из кармана чек и протянул его Каридиусу.

— Нет, нет, это твои деньги, Джим, — запротестовал Каридиус, отмахиваясь от чека.