–  Что?
– с удивлением посмотрел на него кзин.

–  Я размышляю, не потому ли их назвали кукольниками, что гни пытались манипулировать живыми существами, как лишенными воли куклами?

–  Однако, счастье Тилы Браун сделало именно такую куклу из Несса.

–  Да, каждый из нас играл роль бога, - Луи показал на Прилл.
– Она, ты, я. Как ты чувствуешь себя в этой роли, Говорящий? Ты был добрым богом, или злым?

–  Не знаю. Я был чужим богом. Три недели назад я предотвратил войну. Каждой из сторон предсказал, что она проиграет.

–  Я помню. Только это была моя идея.

–  Разумеется.

–  Тебе придется еще раз сыграть эту роль. На Кзине.

–  Не понимаю.

–  Кукольники выращивали людей и кзинов в нужном им направлении. А что будет, если ваш Патриарх узнает об этом?

–  Война, - сказал кзин.
– Наш флот настигнет планеты кукольников через два года полета. Быть может, к нам присоединятся и люди. Ведь кукольники вмешались и в вашу жизнь.

–  Ты прав. А дальше?

–  Потом пожиратели листьев вырезали бы нас до последнего котенка. Луи, я никому не расскажу о Звездных Семенах, об экспериментах кукольников. Могу я рассчитывать, что ты будешь молчать?

–  Да.

–  Ты это имел в виду, когда сказал о роли?

–  Это. И еще одно: «Рискованная ставка». Ты все еще хочешь им завладеть?

–  Может быть.

–  Это тебе не удастся. Но, предположим, это произошло. Что тогда?

–  Тогда кзины будут иметь космические корабли с квантгиперпространственными двигателями.

–  И…?

Прилл почувствовала, что происходит что-то важное. Она встала с места, как будто собиралась вмешаться, когда они кинутся друг на друга.

–  Через некоторое время у нас был бы флот, преодолевающий световой год за минуту и пятнадцать секунд. Мы захватили бы весь известный космос и стали порабощать все расы, населяющие его.

–  А потом?

–  Все. Наши амбиции на этом кончаются.

–  Неправда. Обладая такими кораблями, вы захватили бы каждую встречную планету. И в конце концов захватили бы столько, что не смогли бы удержаться… И когда-нибудь на этом огромном пространстве встретились бы с настоящей опасностью. Флот кукольников или другое Кольцо, нов зените расцвета. Другую расу Славеров, только начинающей свою экспансию. Бандерснатхов с руками, кдатлинов с оружием,

–  Сказочки.

–  Ты ведь уже встретился с Кольцом. Видел планеты кукольников. Почему ты думаешь, что на этом все исчерпывается?

Кзин молчал.

–  Не торопись, - продолжал Луи.
– Подумай об этом. Впрочем, ты и так не можешь украсть «Рискованную ставку». Ты погубишь всех нас.

На следующее утро «Невероятный» пересек блестящую борозду. Они повернули и полетели вдоль нее на Кулак Господен.

Казалось, что гора росла на глазах, не приближаясь. Она напоминала обычную гору с покрытой снегом вершиной, только невероятно большую, как бы вышедшую из кошмарного сна. Из сна, который все не кончался, так как гора все росла и росла.

–  Не понимаю, - Прилл была озадачена.
– Никогда не видела подобного. Зачем это построили? Такие горы нужны только на Краю, чтобы задерживать воздух.

–  Я тоже думал об этом, - ответил Луи. Но больше ничего не сказал.

В этот день они увидели небольшую стеклянную бутыль, брошенную у конца борозды.

«Обманчивый» лежал так, как они его и оставили; Луи подавил чувство облегчения - они все еще были так далеко от дома.

Прилл остановила «Невозможного» прямо над «Обманчивым». Луи легко открыл двери шлюза. Они перенесли Несса и поместили в медицинский автомат. Его возможности, по-видимому, были велики, но принимали ли инженеры кукольников во внимание обезглавливание?

Оказалось, что да. В банке запасных органов была голова, а кроме того, множество других органов, что из них можно было сложить нескольких кукольников. Все эти органы были получены, вероятно, путем клонирования - физиономии обеих голов выглядели знакомыми.

Потом появилась Прилл, и тут же набила шишку на голове. Луи даже не пришло в голову предупреждать ее о перепаде гравитации. На ее лице, как обычно, ничего не выражалось, но поза выдавала ее. Прилл была потрясена.

В осязаемой тишине Луи вдруг издал вопль: «Кофе! Душ!» Он исчез в своей каюте. Сразу же оттуда послышался крик: «Прилл, сюда!»

И она вошла.

Кофе Прилл не понравился. Она решила, что только ненормальный может глотать эту горечь, и дала ему это понять.

Душ оказался полузабытой и давно утраченной роскошью, как только Луи объяснил назначение ручек.

Больше всего ей понравились антигравитационные кровати.

Говорящий по-своему праздновал возвращение - Луи даже опасался, что тот лопнет от обжорства.

–  Мясо!
– рычал Говорящий в перерывах между поглощением одного из кусков.
– Наконец-то свежее мясо!