— Ой, не порти мне аппетит, ладно?— попросил Поттер, потирая живот.— Пока не поем, даже думать не хочу о том, что после обеда у нас Прорицание. Кстати, что-то я не помню, чтобы мы к нему готовились…

— Мы готовились к нему всю сознательную жизнь — развивая фантазию,— усмехнулся Малфой, кивнув Тобиасу, который с маниакальным выражением на лице допытывался у Хелены, в каком году был убит какой-то гоблин.— Так что расслабься…

Скорпиус закатил глаза, увидев, как рука Поттера послушно взлетает к растрепанным волосам, и тут же нашел взглядом рейвенкловок, что спустились в холл, о чем-то шепчась. Конечно, во вкусе лохматому не откажешь — Виолетта из всех своих подружек была самой приятной, но почему-то Поттеру, чтобы это понять, понадобилось перебрать сначала подружек.

— Идем, кот мартовский,— фыркнул Малфой, потянув замершего друга к Большому Залу.— Экзамены, экзамены, про девчонок подумаешь потом…

Джеймс неопределенно качнул головой и потопал на запах еды, только тут вспомнив, что еще минуту назад умирал от голода.

*

— Слушай, а как сюда экзаменаторш-то доставляли?— спросил Поттер, когда они, наконец, дошли до площадки под Северной башней, где собрались уже почти все студенты, посещавшие занятия профессора Трелони. То и дело кто-нибудь поднимал голову и смотрел на пока закрытый люк.— На метле?

— На гиппогрифах,— фыркнул Скорпиус, садясь у стены и расслабленно откидывая голову.— Какая тебе разница-то?

— Не знаю,— пожал он плечами,— нужно же о чем-то думать.

— Разминка для мозга?— хмыкнул Малфой.

— Ой, не нуди, пожалуйста,— простонал Джеймс, сытый и довольный жизнью.— Что там у нас с расписанием экзаменов?

— То есть ты даже не почесался посмотреть?— слизеринец полез в карман брюк, где должен был быть свиток, что дал ему староста.

— Зачем? Чтобы заранее расстраиваться? Тем более что у меня есть ты. И Роза, которая, кажется, выучила мое расписание и напоминает мне об этом каждое утро.

— Так…— Скорпиус развернул пергамент,— завтра у нас весь день Травология, в среду Трансфигурация, в четверг до обеда у меня — Нумерология, после обеда у тебя — свидание с животными. В пятницу — Зелья весь день… Потом выходные.

— Для тех, кто доживет,— усмехнулся Поттер, поднимая глаза, когда послышался звук открываемого люка. Упала лестница, и сверху донесся спокойный голос:

— Анистон, Матильда.

Рейвенкловка все сжалась, затравленно оглядела сокурсников и начала подниматься в класс.

— Слушай, а они изверги,— наконец, до чего-то додумался Поттер, поворачиваясь к другу.— На следующей неделе Заклинания, Защита, Астрономия!

— Ага,— кивнул Малфой, — а у кого-то к этому празднику жизни еще прибавятся Руны и Маггловедение. Дыши глубже, все равно уже ничего не исправить.

— Я умру, и отец убьет того, кто составлял расписание экзаменов…

Люк наверху отворился, и оттуда буквально вывалилась Матильда.

— Ну, что?

Девочка покачала головой, словно набрала туда воды и боялась облить форму.

— Тяжелый случай,— протянул Поттер, глядя, как следующий студент взбирается в класс.— Если там отрезают языки, то Трелони придется поплатиться своими очками и бусами…

— Там не Трелони,— выдавила бледная Анистон, кажется, вспомнив, что еще жива.— Старушка, профессор из Академии Магической Науки. Она работает в Министерстве, в Отделе магического образования…

— О! Это не жертва твоего обаяния?— улыбнулся Скорпиус другу, но тот лишь отмахнулся, настраиваясь на волну Третьего Глаза. Ну, или вспоминая свои самые интересные фантазии…

— Малфой, Скорпиус,— донеслось через полчаса, и слизеринец весело отправился на самый бесполезный экзамен из всех, что только можно придумать.

В классе было не так душно, как обычно, и это обнадежило. Малфой кивнул старушке, что сидела на пуфе у одного из столиков, и уселся напротив нее, готовый предсказать ей все, что она пожелает. Не зря же он учился вместе с великим предсказателем Поттером.

— Итак, мой дорогой,— мягко проговорила профессор (не та, которой улыбался гриффиндорец, со смешком отметил слизеринец),— посмотрите в шар и расскажите, что вы там видите.

Скорпиус послушно взглянул в наполненный туманом магический шар, но ничего не увидел. Впрочем, как и обычно, и ничего в этом удивительного не было. Что ж, включаем Третий Глаз.

— Белая сова,— проговорил Малфой, подняв взгляд на экзаменатора.— Это белая сова, она расправила крылья, чтобы взлететь.

— Хорошо, и что же это может значить?

— Мм, у Поттера есть белая сова, но вряд ли и тут он меня мог достать,— усмехнулся слизеринец.— Хотя он собирается разводить почтовых сов. Вполне возможно, что это его судьба? Ну, или же это означает, что я сдам СОВ, раз уж она белая…