Я все выполнила.

– И? – мне сложно было сохранять серьезность.

– Прислушайся. Только это не звук, это ощущение. Слышишь?

– Я слышу, как бьется твое сердце. Вернее, чувствую.

– Я тоже слышу твое. Всегда, - Рик ласково коснулся губами моего уха, прошептал: - Это так странно и одновременно так логично. Как и все здесь. Наш родной мир, конечно, во многом преуспел, но почему-то этот мне кажется куда совершенней. Скажи честно, Хлоя, ты все еще хочешь вернуться?

– Я хочу быть рядом с тобой. А в каком именно из миров – не так уж и важно, - пробормотала я, по-прежнему не открывая глаз.

Рик ничего не ответил. Стоял позади, обнимая меня за талию. А я нежилась в тепле его объятий и блаженно улыбалась. Надо же, еще вчера мне казалось, что моя жизнь кончена, а сегодня я чувствовала себя самым счастливым человеком, который когда-либо жил.

Но череду неспешных мыслей прервало странное ощущение.

– Рик, - пробормотала я растерянно, - у меня к пальцам как-будто бы невидимые нити привязаны. Это так и должно быть?

– Да. Адмий создает связь человека с кораблем. Так и осуществляется управление. Пластины лишь наглядная демонстрация этих «нитей». Вот попробуй сейчас повернуть чуть влево.

– Как?

– Просто пожелай, чтобы корабль повернулся, одновременно сдвигая пластины.

Я честно попыталась, по-прежнему не открывая глаз.

– Хлоя, лево в другой стороне, - засмеялся Рик. – Так, погоди, ты куда на бок накреняешь? Перевернуть нас вздумала?

– Все, с меня хватит, - насупилась я, открыв глаза и убрав руки с центральных пластин. – Сам управляй своим кораблем. Говорила же, у меня не получится.

– Все у тебя получится, если ворчать не будешь, - Рик улыбнулся. – Но на сегодня, так и быть, хватит.

– Слушай, а как вообще корабль передвигается с такой пробоиной на палубе? – спохватилась я.

– Ну-у, не без моей помощи. Все-таки если бы я стал ждать, пока «Крылатого странника» починят, то поиски тебя отложились бы не на один день. А я этого допустить не мог.

– И ты отправился меня искать на фактически неисправном корабле? – изумилась я. – А если бы с тобой самим что-то случилось?

– Ничего не случилось бы. Со мной ведь был «Ястреб».

Я видела дракона сегодня уже несколько раз. Он то появлялся, то исчезал из поля видимости. Явно следовал за кораблем.

– Рик, - я обернулась к нему, - я, конечно, понимаю, что спрашивала это уже не раз, но, может, хоть теперь ты ответишь. В чем уникальность «Ястреба»? Я сейчас не о том, что он работает от адмия, ты управляешь им один, и вообще космолет каким-то немыслимым чудом превратился в дракона…

– Я понимаю, о чем ты, - мягко перебил Рик. – Я не отвечал тебе всей правды на этот вопрос раньше просто потому, что, несмотря на чувства, мы с тобой все равно были слишком далеки друг от друга. Все это недопонимание разделяло нас не хуже расстояния. А тайна «Ястреба»… Я никогда и никому об этом не говорил. Об этом даже не знал мой дед и не знает мой отец, хотя они космолет и создавали.

– Ты меня немного пугаешь, - мне даже не по себе стало.

– Но это и вправду покажется крайне странным и, возможно, даже абсурдным, - Рик был очень серьезен. – Все дело в том, что адмий «Ястреба» немного не такой как адмий здесь. Вероятно, некая крайне редкая разновидность. Понимаешь, суть адмия как такового вообще не в том, что это тупо такая штука, которая позволяет управлять кораблями. Нет. Это вещество, наверное, единственное из материального, что есть во вселенной, ощущается человеческой душой. Грубо говоря, адмий создает взаимосвязь души с чем-либо. Потому его и называют здесь камнем души. Но связь эта не прочна. К примеру, «Крылатым странником» могу управлять хоть я, хоть кто другой.

– А адмий «Ястреба»? В чем его свойство?

Рик ответил не сразу. Смотрел на меня с пытливой серьезностью, словно моя реакция на его откровение была крайне важна.

– Он создает связь один раз и навсегда. И связь эта такова… - он на мгновение замолчал, будто засомневался говорить ли, но все же тихо произнес: - «Ястреб» - часть моей души, Хлоя. Потому он и перешел со мной в этот мир. Да, в нашей реальности он – всего лишь космолет, но здесь стал живым существом. Редкий адмий каким-то немыслимым образом оживил его.

Я кое-как справилась с изумлением, пробормотала:

– И все равно я как-то с трудом понимаю…

– Я плохо уже помню, как так получилось, но я еще в детстве как-то умудрился задействовать адмий. Тогда-то и создалась неразрывная связь моей души с ним. Когда его поместили на «Ястреб», я стал чувствовать космолет. Я мог управлять им уже тогда, хотя еще даже в летную академию не поступил.

– Но если с «Ястребом» что-то случится? – я обеспокоенно смотрела на Рика.

– Полагаю, мне придется весьма несладко, но живым и в здравом рассудке я останусь, это без сомнений. И все же очень надеюсь, что никогда не доведется проверить это на практике, - он ободряюще мне улыбнулся. – Так что не волнуйся.