И нахождение места для сна было первым шагом.

Я бы хотела вернуться в туннель с Бон. Я хотела похоронить её и её друзей, то чего я не сделала для Скудл, но это было невозможно. Я бы попала в просматриваемый участок на строительной площадке и не смогла бы пройти дальше незамеченной. Что бы приходить и отправляться в путь за мной, Искатели использовали туннель от поезда, и без СтелсБака, меня бы поджали. Даже с одним, я сомневалась, что смогу стащить три тела для захоронения..

Так что теперь я направлялась на юг к западному краю огромной вилки черной горы. Она была почти в миле отсюда, настолько высоко, что скрывалась в облаках и возможно была видна на фоне темного неба только благодаря моим киберглазам. Было забавно: чем больше я смотрела на неё, тем более скучной она становилась. Это была просто скала. Большая и черная, но всё-таки скала.

Вокруг нее на несколько сотен футов раскинулось поле зазубренного и разбитого вулканического стекла. После пятиминутных попыток найти обходную дорогу вокруг огромных шестиугольных блоков покрывавших стороны скалы, и над раскиданным вулканическим стеклом, я убедилась, что это хороший и мучительный способ умереть. Острые края стекла обещали особенно кровавый финал в случае оплошности. Однако здесь среди скал была жизнь, хотя в основном это были низенькие колючие кисточки, которые были почти не проницаемы, но еще попадалась невероятно зеленая трава.

Я нашла небольшую струйку воды, вытекавшую из щели в черном камне. Проследовав по ней некоторое время, я наткнулась на заполненный клиновидный карман образованный двумя массивными блоками. После того, как я сделала прекрасный глоток, меня осенило. Я огляделась, и отключила Л.У.М. чтобы красные метки перестали маячить в моем поле зрения. Там не было ни какой возможности сражаться с ними даже если они были реальными, так или иначе я не могла отличить их из-за помех моего уставшего мозга. Ночь казалась тихой и спокойной, за исключением мягкого шума текущей воды. Возможно, это все-таки была плохая идея, но… я сняла свою броню, и аккуратно погрузилась в воду. Я определенно не хотела, чтобы меня накрыло с головой, так как поплавать не представлялось возможным с моими металлическими ногами. Вода оказалась довольно теплой, и улыбка расплылась на моем лице от этого легкого наслаждения.

Было ли что-нибудь более успокаивающее и цивилизованное, чем достаточное количество горячей воды, чтобы окунуться в нее целиком?

Я смыла кровь, пот и грязь со своей шкуры, и эмалированных конечностей, затем повторила тоже со своей разбитой бронёй. Половине керамических пластин, выстилающих обратную сторону, требовалась замена, но у меня было несколько костюмов из Хаппихорна, которые я могла бы использовать для ремонта. Убила бы за кусок мыла, но обычная чистка помогла мне придти в себя. Я все еще на грани. Госпиталь помог мне сохранить лицо, после того, что я сделала, но все еще не полностью справилась с этим. Черт, я все ещё не смирилась с кончиной Скудл или с тем, что произошло на лодке.

Лодка…, я размышляла о том, что я сделала. Мусорщики гули во Впадине Бримстоуна… прикосновение Кендлтвика к моему заду… могла ли я быть в безопасности, находясь рядом с жеребцами? Дело было в том что, после осознания П-21 как жеребца, встречи Священника и других, они мне понравились. Большую часть своей жизни я видела их как оборудование для размножения, и я пользовалась ими по назначению. Я не была лучше, чем те козлы, что изнасиловали меня на Морском коньке. В Пустоши, я поняла, что они были большим: друзьями, врагами… и возможно даже чем-то еще, однажды. Конечно, мое сердце принадлежит Глори. Но я не хочу быть… реагирующей. Напористой: да. Уважаемой: было бы хорошо. Неистовой… нет.

Найдя под водой выступ, на котором могла сидеть и разглядывать свои механические копыта, я выдвинула свои пальцы и стала наблюдать, как они двигаются. Тут была какая-то особенная магия, воспринимающая мою мысль и переводящая ее в движение, которое я хочу. Зачарованная на самовосстановление и магический анализатор ощущений, давления, температуры, повреждений. Круть. Однако, смотря на колеблющуюся белую водяную гладь, я должна была признать, если бы у меня был выбор, я бы хотела снова свои нормальные ноги.

Но я была киберпони. Одна из подобных мне вынуждена жить в банке. А другой был монстром-садистом. Другие встреченные мной существа, что были на меня похожи, даже не были пони. Это не оставляло меня с кучей определенных причин, чтобы разбираться в том, кем я должна быть и что делать. Теоретически, я могу жить на протяжении веков. Как Профессор. Но что на счет отношений? Переживу ли я Глори? Должна ли я иметь семью? Должна ли я вообще хотеть что-то из этого? Я все еще могу испытывать удовольствие. Черт, это было последним, что напоминало мне, что я была несомненно органической. Ради чего жить…

Если бы только это не заставляло одну часть меня начать паниковать, другую чувствовать свою вину, а третью ощущать себя уродливой и механической. Я коснулась левой части моего восстановленного лица. Глори спасла мой рассудок. Я бы никогда не смогла бы продержаться, если бы я даже не могла смотреть в зеркало и не видеть машину.

Я печально улыбнулась, играя в сваху у себя в голове. Это помогало отвлечься от других вещей. Если бы у меня был физический контакт с жеребцом, кто бы это был? П-21? Ох… мне показалось, будто я открыла банку с радтараканами, даже мне не стоит этим заниматься. У меня был краткий роман со Священником, пока он не напомнил мне, что не все жеребцы были заинтересованы во мне. Что на счет Брута? Я подумала о черном, большом земном пони и улыбнулась. Ладно, появилось легкое тепло и покалывание. Стрелец? Он был немного старше меня, но некоторая вероятность существовала. Сплендид? Хмм… если бы ты завязала с «обществом рабовладельцев», он был бы определенно хорош. Стронгхуф был… слишком сильный. Лайтхувз…