Жарко. Нечем дышать. Кожу лижет огонь и счётчик радиации щёлкает до смешного быстро. И что ещё хуже, будто ощутив наше тяжёлое положение, проклятье начало рвать мою грудь изнутри, будто взбесившийся радтаракан. Всё, чего я хотела, это выйти наружу и вдохнуть холодный, сырой, свободный от дыма воздух Хуффа.

А затем я мечтала остаток жизни лежать, обнявшись с Глори.

На один удар сердца я была абсолютно уверена, что снова облажалась — разве мы не должны уже оказаться у двери? Мне показалось, что моя грива уже в огне, я оглянулась назад на Рампейдж, закусившую мой хвост, но она пока ещё не горела. Не оставалось ничего другого кроме как продолжать идти, карабкаясь мимо камер сверхстрогой изоляции. Голова кружилась. Слишком много дыма. Слишком много чёртова дыма! Может я хожу кругами? Хожу… или нет?

Тут я оказалась в небольшой нише и, оглядевшись, заметила ещё одну массивную дверь, вроде той, что вела в арсенал, только возле этой были два монитора. Отодвинувшись назад, насколько возможно, я прокашляла что-то вроде «держитесь» или «отцепитесь» и из последних сил подняла ракетницу. Сосредоточившись, я прицелилась в дверь и магией вдавила пуск. Ракета издала мягкое «пуфф», выскочила из дула, а затем вспыхнула с коротким свистом. Спустя полсекунды последовал взрыв, осыпавший меня мусором. Кашлянув, я проморгалась, чтобы посмотреть, что взрыв…

Не сделал ничего. На двери остался только тлеющий мазок копоти и несколько царапин по центру. То ли я была слишком близко, то ли дверь, как мы и опасались, была рассчитана на любое вооружение, имеющееся в тюрьме. Я опёрлась о ворота, которые с тем же успехом могли быть стеной, задыхаясь, борясь с тошнотой и пытаясь добыть немного воздуха, чтобы подумать. Чтобы выиграть время, я потянула к себе остальных одного за другим, пока не посчитала всех. Мы должны были что-то сделать. Найти какой-то ход внутрь… но внутри были только надзиратель и Снэйлс… и я сомневалась, что у Снэйлса есть доступ к монитору.

Значит оставался надзиратель… надзиратель, который вероятно наблюдал, как мы задыхаемся перед его дверью, довольный от того, что очередная инспекционная группа обломалась. Но как, чёрт возьми, я должна была заставить его впустить меня? Даже Сильвер Спун виделась мне смутным пятном. Мне нужно было нечто большее, чем мы, умирающие здесь… что-то, что заставит его хотя бы заговорить с нами…

Надзиратель будет кипятком ссать от злости…

Поднявшись на копыта, я подошла к паре мониторов. Камера немедленно сфокусировалась на мне.

— Надзиратель Хоббл! — рявкнула я в камеру, едва слыша себя за непрерывным рёвом пламени.

Левый экран замерцал. Появилось обугленное лицо тюремщика. Он выглядел явно удивлённым.

— О, вы ещё здесь? Я думал вы все… в безопасности, в оружейной.

В дыму послышалось гудение часовых:

— Обнаружены нарушители. Пожалуйста, предъявите удостоверение или будете уничтожены.

— Ах. Ну, что ж поделать. Теперь, если вы не возражаете, мне нужно вернуться к управлению тюрьмой. — никаких сомнений, он был не в себе.

— Кингпин сбежал, — прокашляла я, глядя в камеру. Обгоревший гуль замолчал, затем посмотрел на меня долгим, спокойным взглядом.

— Прошу прощения? — я потянулась и, ухватив Блоссомфорф, поставила её перед камерой и мониторами.

— Это правда, сэр, — крикнула пёстрая пегаска. — Шесть камер сверхстрого режима пусты — я с тревогой взглянула на второй монитор. Был ли Снипс всё ещё там? Пожалуйста… прошу, будь там.

— Какие именно… это… я был бы уведомлен… — запинаясь, забормотал надзиратель глядя в сторону и снова на меня. Я видела, как расширились его глаза. — Ни один пони не сбегал из Хайтауэра. Ни один! — выпалил надзиратель, подкрепляя слова ударами копыт.

— Открой дверь, и я предъявлю тебе доказательства этого. Может быть, ты всё ещё сможешь поймать их, — сказала я, краем уха услышав шум колес приближающихся часовых.

Надзиратель Хоббл уставился на меня и я почувствовала, будто бы прошла целая вечность.

— Ох, ну ладно. — Что-то зашумело, и под монитором тюремщика зажглась лампочка. — Оружейная, впусти их.

Ничего. Я смотрела то на маленькую лампочку, то на пустой монитор. Нет… пожалуйста, будь там… Пожалуйста, Снипс…

Ничего.

И тогда свет вспыхнул, послышался шум, и тяжелая металлическая дверь со свистом открылась. Прохладный поток воздуха, дал нам верное направления движение: вверх по лестнице. Десять секунд спустя мы оказались наверху, и дверь с треском закрылась за нашими спинами. Большинство из нас, и гули и пони, просто рухнули на пол. Психошай приглушенно прохрипела и упала рядом со Стигиусом. Я подозревала, костюм Ксанти в том, что только благодаря ему зебра держалась в вертикальном положении. Рампейдж выкашляла нечто напоминающее деготь. Я хотела сделать то же самое… но не сейчас.