– Бацилла в которую ты воплотился умерла. Так что твое правление болезнями окончено!

Дегтярев рассвирепел:

– Опять эти фокусы... Вы что издеваетесь...

Он огляделся - на нем мундир полковника, все немногочисленные награды, человека который до Донбасс лишь чисто символически посещал Афганистан и Чечню. Прежнее тело, не слишком тренированное - червя -технаря лишь, чуть-чуть поддерживающего физическую и знакомого с базовыми приемами рукопашного боя. Правда живота почти нет - Дегтярев не обжора, да и сложения не склонного к ожирению. Плечи довольно широкие от природы. Виски уже седеющие - пятьдесят один ему на момент гибели было. У Петра после последних месяцев злоключений и общений с демиургами-богами, обладающими менталитетом маргинальных подростков все чаще мелькала крамольная мысль: "сдался ему этот Донбасс". Ведь говорили умные люди, что ты идешь воевать по сути дела с собственным народом. Ведь Украина это по факту часть Российской империи, только выбравшая западный путь развития.

Так ради чего он ученый полез в это? Признаться честно, сыграли злую шутку обещания генеральских эполетов, и желание хоть раз жизни по-настоящему нюхнуть пороху. Ведь он все-таки мужчина, как-никак!

Сапоги где-то уже успели запылиться, хотя он стоит на кристальной сверкающей поверхность. Это хрусталь так ярко блестит? Нет, кажется - алмаз! Пол из цельного граненого и до глянца отшлифованного алмаза!

Тут Петр видимо что-то почувствовал. Мальчишка был очень похож на Корсака, мускулистый, смазливый подросток-блондин, но вместе с тем, он него веяло чем-то чужим.

И инженер-полковник спросил:

– Вы кто?

Демиург-дубляж ответил:

– Я Павел, можешь звать меня Пашка!

Дегтярев удивился и поспешил уточнить:

– Тоже всемогущий?

Пашка ответил с улыбкой:

– Если иметь ввиду, практическое всемогущество, то да. Я могу фактически все, что и Корсак. А абсолютным всемогуществом не обладает никто - это аксиома.

Петр отмахнулся от предложения вступить в обмен антимониями и спросил другое:

– Ну, если фюрера не дали мне прикончить, то может, окажете помощь Сталину.
– Тут Дегтярев поправился.
– Я имею ввиду позволите мне продолжить мессию в таракане.

Пашка-демиург с улыбкой заметил:

– Когда тебя воплотили в бациллу, мы думали, что у полковника-инженера будет больше фантазии, чем просто пытаться угробить диктатора из диктаторов.
– Тут мальчишка-дубляж изменил пейзаж, и они оказались среди звезд, вернее великого множества галактики, что выстроились в форме могильных крестов. Причем, каждый крест поражал выразительностью рисунка и раскрасок, что придавали ему звезды и квазары.

То есть это произведения вроде исполинского кладбища: страшно и с потрясающей эстетикой мрачной красоты. И разумеется странные птицы, одна треть оперения алые розы, вторая белые пионы, а третья желтые маки, головы же с клювом пеликана. Они на космическом суперкладбище заменили ворон. А звуки, издаваемые чудесными птицами очень похожи на раскатистые органы. Действительно все грандиозно, и чувствуется огромный, хотя и мрачный юмор Создателя.

А вот одна из пернатых тварей вместо перьев состоит из мечей и сабель, они позвякивают во время полета, этого парения треглавого "змея Горыновича".

И словно для того, чтобы разрядить обстановку несколько десятков прекраснейших девушек, чьи самые потаенные места были прикрыты лишь нитями и гирляндами драгоценных камней и самых изысканных ювелирных изделий тонкой работы.

Вид этих писаных красавиц придал Дегтяреву смелости, и он жестко крикнул:

– Сосунок-создатель, ты ведь опять нарушаешь правила игры и пари!

Пашка обиделся и бросился к полковнику, прошипел:

– Что значит опять?

И тут же неуловимый словно молния удар прошел Дегтяреву в лицо.

Мальчишка выглядел не старше четырнадцати-тринадцати, но двигался очень быстро. Естественно отнюдь не Рэмбо уже не первой молодости полковник не мог с ним тягаться. Голень пацана разбила Дегтяреву нос, и замутила сознание. Причем, движение мальчишка, демиурга-дубликата было нарочито небрежным. Неуклюжий ответный взмах кулака, прошел мимо цели, а загорелое колено мальчика-терминатора вонзилось в солнечное сплетение. Петр согнулся от невыносимой боли, и босая пятка, долбанувшая в подбородок, да так, что косточки лопнули, от сокрушительного, способно разбить стопку кирпичей удара.

Дегтярев по-настоящему отключился в глубокий нокаут и уже ничего не чувствовал. А Пашка оглушительно рассмеялся, показывая девчонкам на поверженное с вытекающей кровавой юшкой тело российского офицера:

– Вот типичная ошибка взрослых - оскорблять новое, куда более высокоразвитое, как физически, так и интеллектуально поколение. Так, то пускай собирает зубы.

Дегтярев очнулся, в объятиях красивейших девчат, что массировали ему щеки, и наложили подобие шины на сломанную с выбитыми зубами челюсть. Судя по всему и переносица, оказалась сломана неуловимо стремительным взмахом каратэ-пацана. Дышать тяжело, и в горле сильно горчит от крови.

Хорошо, что хоть девушки вокруг него нормальные, а точнее красавицы, которых и на конкурсе "миссис Вселенная" редко встретишь. А руки такие ловкие. Вот тело уже немолодое, а невольно возбуждаешься, словно ты снова стал подростком. Ну дивы... Тут Дегтярев бросил взгляд на космическое пространство. Смазливый Пашка играл с девчонками, в какой-то сумасшедший футбол, когда мячей разных размеров и форм много и они то взрываются, то превращаются например в ежей. Вот одна из девчонок получила дикобразом в живот и неожиданно расплескалась морской, пышной пеной. Время от времени шаловливый Пашка целовал девчат в засос, а те краснели и млели.