Между тем уже чуть больше недели я занимался приборкой около туалета Плаксы Миртл. Та опять в слезах и истерике напустила воды, которая и затопила пол не только непосредственно туалета, но и частично ближайший коридор. На этот пост я просто напросился у Филча и тот легко пошел мне навстречу. По нескольким причинам, главной из которых было то, что видеть никого постороннего около места окаменения его любимой кошки завхоз не желает. А я как бы уже и не очень посторонний...

Отработки проходили... весело. Как и положено в Хогвартсе во время отработок, магией я не пользовался совсем. Все проще и примитивнее: обычной тряпкой, как в маггловском прошлом, я собирал воду в деревянное ведро. Когда там накапливалось много, я заходил в туалет и выливал воду прямо в переполненный умывальник. Частично вода уходила по трубам, частично - выливалась обратно на пол. Далее я шлепал по залитому по щиколотку полу за дверь, ставил ведро на пол, брался за тряпку и процесс начинался сначала.

Логика и полезность? О чем вы?! Классический армейский принцип в действии - "копать отсюда и до обеда". Тут нет логики - есть наказание.

Зачем мне эти "галеры"? Все очень просто. После того, как очередной неудачник заканчивал работу и уходил, в туалет прокрадывалась Гермиона Грейнджер. Вот скажите, зачем в женский туалет девочке идти с таким видом, будто собираешься творить что-то запретное? Тут любой бы задумался, даже самый невнимательный, что же такого секретного в том туалете?

А секретного: "их у нас есть". В углу туалетной комнаты, на не заливаемом водой невысоком постаменте, на треноге, под которой горел поддерживаемый магией вечный огонь, стоял котелок с заготовкой оборотного зелья. Естественно, даже приближаться к вареву со своими сложными отношениями с зельеварением я не стал. Так, поглядел издалека, что что-то варится, убедился в верности канона и стал ждать удобного случая.

Удобного случая пришлось ждать недолго. Через три дня, как-то днем, после уроков, я заметил важную для канона заучку-гриффиндорку, пытающуюся как-то незаметно, а, поэтому, привлекая к себе всеобщее внимание, оторваться от группы студентов. Я со всех сил рванул к женскому туалету, решая этим сразу две задачи - и Грейнджер опередил, и от наблюдателей-хаффлпаффцев оторвался.

Быстро забежав в туалет, я увидел там нежелательного свидетеля. Сегодня тут паслась нематериальная охранница. Изгнав ее порыдать экзорцизмом: "прыщавая и некрасивая девчонка, с которой никто не будет никогда дружить, даже такой жирный мальчик, как я", - я спрятался в заранее подобранной туалетной кабинке в противоположном стороне от эрзац-класса зельеварения.

Вот послышались шаги, которые я тщательно считал. По количеству вроде бы совпало, но на всякий случай я тихонько открыл дверь и наклонился головой к мокрому полу. Подобрав, чтобы не замочить, съехавшую на грудь мантию, я убедился, что ноги стоят в дальней кабинке. Той самой дальней кабинке. Уж очень мне не хотелось оказаться в, мягко сказать, неприятной ситуации, помешав девочке справлять свои естественные нужды. Что обо мне тогда подумают окружающие? И кем будут считать после? Такие яркие ярлыки клеятся однажды, но пристают намертво и остаются на всю жизнь. Тихонько подкравшись, я открыл заранее мною же смазанную дверцу и произнес, шипением подражая Снейпу:

– Очень интересный состав, не так ли, мисс Грейнджер?

Честно говорю, глядя на то, как в ответ высоко подпрыгнула Гермиона, я мысленно дал себе хорошего пинка. От такого приветствия можно было и копыта откинуть, или хотя бы в обморок упасть. Ага! Представляю себе картинку: я стою, склонившись над бездыханным телом (она просто в обмороке) одноклассницы; в руках у меня палочка (с помощью которой я хотел привести ученицу в сознание Энервейтом), а дело все происходит в женском туалете (рядом с которым до этого нашли первую жертву). Что, глядя на эту композицию, скажет любой преподаватель или старшекурсник? Только одно: "Ступефай! Мордредов наследник! Вот ты и попался!". Бр-р...

К счастью, у Грейнджер оказались либо крепкие, либо хорошо тренированные нервы. Она только обернулась, с облегчением увидела, что потревожил ее простой одноклассник, и бросилась в ответную атаку.

– Это женский туалет, Крэбб! Что ты здесь делаешь?

– Промахнулся дверью. Как вы думаете, мисс Грейнджер, что станет с котелком, если я туда брошу, ну, хотя бы пару листиков мандрагоры, которые мы пересаживали на прошлом уроке гербологии?

– Нет!
– Грейнджер наставила на меня палочку.

– Нападете на меня, мисс Грейнджер?

– Если ты сейчас же не уберешься прочь, то клянусь, я оглушу тебя. А учителям я скажу, что ты...

– Испортил твое зелье? Конечно! Я даже отпираться не буду. Так и скажу при всех деканах, что я случайно испортил варимое гриффиндорцами зелье, в состав которого входит шкура бумсланга.
– Гермиона чуть опустила палочку.
– Вы ведь достаточно уважаете разумность профессора Снейпа, не так ли? Сколько, по вашему мнению, уйдет у него времени на то, чтобы соотнести воровство... Не кривитесь, мисс, воровство - именно так это называется на языке закона... Так вот, времени, чтобы соотнести воровство достаточно редкого реагента из его запасов, которые, он, кстати, покупает на свои деньги, и некую студентку-второкурсницу? С Гриффиндора. И что он после этого со всеми вами сделает?

– Откуда ты знаешь...

– Тебе бы следовало аккуратнее выбирать своих сообщников. Некто особо рыжий об этом разве что посреди Большого зала не орал во весь голос. Я уж не говорю о лестницах, следующий пролет которых не просматривается! В следующий раз, когда захочешь собрать что-то вроде подпольного кружка, придумай меры конспирации гораздо серьезнее, чем сейчас. Или хотя бы проштудируй на каникулах маггловские брошюры в области подпольной работы. Например, ирландские.

– Хорошо, Крэбб, - Грейнджер убрала палочку.
– Зачем приперся?