– Ты опять здесь?
– недовольно произнес Эдвард.

– Я же говорила, что не оставлю тебя.

– Я не нуждаюсь ни в чьей жалости.

– Я хочу помочь тебе.

– А в помощи тем более, - ответил он.

– Не прогоняй меня.

Он прошел в комнату и опустился на один из стульев, которые она потрудилась достать. Пес устроился в углу в своей корзине, с интересом наблюдая за происходящим. Эдвард и Белла сидели напротив друг друга, тишина заряжалась напряжением.

– Я принесла ужин, - осторожно начала девушка. – Мне хочется поужинать с тобой.

– Потом ты уйдешь?

– Нет, - честно созналась она.

– Зачем ты вчера следила за мной? – спросил мужчина, после того как согласился на ужин.

– Ты нас видел?

– Трудно было не заметить желтую куртку на фоне заснеженного города.

– Ты ходишь туда каждый вечер?

– Да.

– Ты же не убивал их, - тихо произнесла девушка. – Это был несчастный случай.

– Я убил их, - холодно ответил мужчина.

– Расскажешь об этом?

– Нет.

Они молча поглощали вкусный ужин, запивая красным вином, пока девушка не почувствовала на себе внимательный взгляд.

– Как тебя зовут? – спросил мужчина, неотрывно наблюдая за ней.

– Белла. Сыграй мне еще, пожалуйста.

Она приходила к нему каждый день, подолгу сидела рядом с роялем, поджав ноги, слушая прекрасную музыку, иногда плача. Они почти не разговаривали. Он вставал и уходил, оставляя её одну в темном доме, не давая объяснений, не спрашивая – появится ли она вновь. Белла давно уже знала всю его историю, но до сих пор не понимала, почему он винит себя в гибели семьи, почему он закрылся от всего мира, лишив его своей прекрасной музыки. Она знала лишь то, что у неё не было сил оставить его теперь, когда снова услышала любимую музыку, когда заглянула в серые красивые глаза, когда почувствовала вкус нежных губ.

За несколько дней гостиная преобразилась, избавилась от пыли, обросла мебелью и наполнилась свежим воздухом, только окна всегда оставались зашторенными. Единственное, чем он отвечал на её заботу – это музыка. Пьеса, которую Эдвард играл каждый день, обрастала новыми вариациями и раскрывала все больше и больше эмоций, переливаясь новыми красками.

Иногда Эдвард проявлял активность, приглашая её подойти ближе. Тогда Белла опускалась рядом с ним на скамью, жадно наблюдая за длинными ловкими пальцами, впитывая тепло, исходящее от мужчины, которым была одержима. В тот раз она впервые коснулась рукой его пальцев, которые порхали по клавишам, создавая лирические менуэты. Мужчина вздрогнул, фальшивя ноты, но продолжая играть, еще более вдохновленно.

Но ночам она зависала в интернете, раскапывая все больше подробностей о том дне, когда произошла авария. А потом писала. Писала историю любви между ними, такую, которую бы ей хотелось.

Пять лет назад

Отыграв последний концерт в этом году, Эдвард Каллен вышел из концертного зала. Пушистые снежинки лениво кружились в воздухе. Подставив ладонь, мужчина поймал одну из них – ледяная, красивая, рождественская.

– Папа, - белокурая девочка в резной шубке с белым воротником, приближалась к нему.

– Лиззи, - он подхватил трехлетнюю дочь на руки, утыкаясь носом в нежные кудри, выглядывающие из-под шапочки.

– Мы с мамой готовы ехать в новый дом.

– Тогда едем, - он понес ребенка к машине, возле которой его ожидала красавица жена.

– Роуз, - он ласково поцеловал жену в теплые губы, - давно ждете?

– Только подъехали, - ответила девушка с улыбкой. – Уже не терпится посмотреть твой подарок к Рождеству.

– Я бы хотел сначала сделать ремонт.

– Мы же только на выходные. Хочу Рождество встретить в новом доме. А потом вернемся в город, а там будем делать ремонт.

– Хорошо, - согласился он, усаживая ребенка на заднее сиденье.

– Эдвард, - позвал его знакомый голос.

– А Джейкоб? – мужчина обернулся. – Достал?

– Да, держи, - знакомый протянул ему небольшую корзинку, в которой тихо посапывал серый щенок.