– Ты как?
– Я открыла глаза, передо мной было встревоженное лицо Инга, я уткнулась ему в грудь головой.

– Прости меня...

– Нечего извиняться.

– Но...

– Я знал о твоих чувствах к нему с самого начала.
– Оборвали меня, я подняла глаза, уже наполнившиеся слезами вины.
– Да, я знал. Мне показалось, он отверг тебя, и я смогу заполучить тебя хотя бы так. Однако видимо я ошибся, и он вернулся за своим.

– Прости... твои родители...

– Будут рады, если ты погостишь тут ещё немного. Боюсь, теперь ты заинтересовала их ещё больше, - усмехнулся Инг, обнимая меня за плечи.
– Особенно мама.

Я через силу улыбнулась, вытирая слезы, и проследовала за ним наверх под внимательными взглядами мистера и миссис Винро. Я провела там время до вечера, а затем меня посадили в экипаж, что должен был довезти меня до дома бабушки, где я жила на каникулах. Мы с ней были в состоянии перемирия, так жить вместе было не так уж сложно. Почти ночью я прошла на второй этаж, игнорируя зажжённый свет в той гостиной, где наверняка читала бабушка, и проследовала в свою комнату. Думать не хотелось, ничего не хотелось, так что я просто разделась и легла спать, решив, что утром разберусь с тем, что я наделала сегодня.

Практически половину следующего дня я проспала, а остальную провела в компании хорошей книги, лишь к вечеру явившись на ужин перед бабушкины очи. Ужин проходил в молчании, я иногда поглядывала на часы, которые стояли над каминной полкой позади бабушки.

– Ты кого-то ждёшь?
– Я вопросительно приподняла брови, отвлекаясь от птицы в своей тарелке, - Ты постоянно смотришь на часы?

– Вроде того.

– Ты стала ещё более скрытной, - с улыбкой поведала мне Кирина, я вторила ей такой же улыбкой:

– А ты более любопытной.

Я привела себя в порядок после ужина и села в кресло напротив камина, буквально гипнотизируя каминную полку. И вот когда стрелка практически коснулась того самого места, позади меня раздалось:

– Леди Алексия Майорс, к вам прибыл Эвиан Д’армэ.

– Кто?
– Бабушка, сидевшая в соседнем кресле, оторвалась от вышивания и изумлённо распахнула глаза.
– Глава Военной Гильдии? К тебе? Но зачем?

– Кто знает.
– Я встала с кресла и оправила платье, за это время Кирина подошла к окну и, отогнув занавеску, посмотрела вниз.

– И правда он... да ещё и с цветами. Знаешь, у него такое лицо, будто бы он пришёл делать тебе предложение.

– А что если и так?

Я обернулась к бабушке, та громко хмыкнула, оглядывая меня с ног до головы, словно видела меня в первый раз.

– Могу лишь похвалить тебя, моя дорогая. Иди.

Я кивнула ей и вслед за дворецким покинула гостиную. Какое-то время я стояла перед входной дверью, держась за ручку и не решаясь открыть эту дверь, но все же решилась и вышла наружу. Мистер Д’армэ стоял внизу ступеней, ведущих в дом, в его руках был большой букет цветов, сам одет в парадную форму, которую обычно надевают довольно редко, и он весь сиял, как и тогда в доме Винро абсолютно не скрывая собственных эмоций от меня.

– Добра и света, - поприветствовал меня Глава Военной Гильдии. Я замерла наверху этой лестницы и, даже не улыбнувшись, смерила его взглядом.

– Ты знаешь сколько сейчас времени, Эвиан?

Я обратилась к нему на «ты», впервые в жизни, просто потому что сейчас лично для меня была такая почти интимная ситуация, и то, что мы будем обсуждать, возможно, определит нашу с ним будущую жизнь. На секунду в его эмоциях промелькнул страх, но тут же был задавлен.

– Нет.

– У тебя ещё есть целых три минуты.

– Вот уж никогда не думал, что ты можешь быть так сурова.

– Ты тратишь наше время.

Мы замерли, молча глядя друг на друга.

– Алексия, я не буду играть по твоим правилам. Я думал, что мои действия вполне очевидны для тебя. Слова ничего не значат.

– Не в таком деле, любой твой поступок можно расценить по-разному, можно как вежливость, можно как симпатия.

– Что ты хочешь услышать от меня?
– Он развёл руками, помахивая букетом.
– Что?

– Ты знаешь.

– Хорошо. Я люблю тебя.

Я сглотнула, едва сдерживая слезы. Такие простые и понятные слова. Наконец-то...

– Но... я не буду делать всё так, как ты сказала, спрашивать тебя и все остальное.

Я подняла глаза, теряясь и недоумевая. Только начавшая зарождаться надежда комом застряла в горле.

– Я вообще не понимаю, отчего устроил этот балаган. Это бессмысленная мишура. Тебе это нужно или нужен я? Я ведь не такой, разве ты ещё не поняла, я холодный и бесчувственный. Я не люблю делать что-то напоказ.