Глава 45

Три дня праздников пролетели, как одно чудное мгновенье. Мы с Татьяной гуляли по городу, ходили в кино, любовались закатами на набережной.

Развлекались. Целовались, как юные влюблённые.

Ночевали то у неё, то у меня.

В воскресенье вечером я проводил Татьяну домой. Она была чуточку грустной. На прощанье сказала

– Ну вот, у нас с тобой теперь полноценный служебный роман. Как визвестном фильме. Только здесь начальник ты, а я твой подчинённый.

– Если помнишь, тот фильм хорошо закончился! – я обнял Говорухину у дверей её квартиры и прошептал в ухо, - и у нас всё будет хорошо!

– У нас всё и так хорошо, Сергей! Я счастлива! И не обращай внимания на мои эпизодические бабские закидоны. Просто жалею, что столько времени зря потеряла. Но, это всё ерунда. Я тебя люблю!

Татьяна чмокнула меня в щёку и скрылась в квартире.

Я поехал к себе.

Завтра начнётся новая трудовая неделя, нужно подготовиться, искупаться, выспаться, как следует. Да и «белому магу» не мешало бы позвонить, что-то давно от него нет никаких известий…

В понедельник, на перерыве, улучив момент, когда рядом никого не было, к моему столу подошла Аллочка. Она была в чёрном брючном костюме, розовой блузе и выглядела очень элегантно и серьёзно.

– Сергей Николаич, я хотела сказать вам спасибо!

– Брось, Аллочка, своё назначение ты честно заслужила!

– Я не о том. Я благодарна вам за советы по поводу молодого человека, помните?

– А-а, помню. Ну и как у тебя с ним? Подружились?

– Благодаря вам. Я узнала, чем он интересуется, где бывает. Подготовилась. Бросила курить сразу же после того разговора с вами. Вроде бы случайно с ним встретилась и заговорила о том, что он любит.

– И что же он любит?

– Он много читает. Обожает фантастику, исторические романы, поэзию. Любит театр. Ездит на велосипеде.

– Да-а… Нестандартные интересы для сегодняшней молодёжи… А тебе с ним не скучно?

– Нет, что вы! Он так интересно рассказывает! Пишет стихи. Такие классные! Наизусть знает всего Лермонтова. Я его заново для себя открыла. В школе-то почти и не читала ничего. А после – считалось немодным. Я имею в виду, среди моих прежних друзей. Как все жили, так и я. Только сейчас почувствовала, как много в жизни не понимала, не знала.

– Ну что ж, лучше поздно, чем никогда! Теперь, главное, не вернуться назад, снова случайно не наступить на те же грабли.

– Не-е, теперь не наступлю. Точно! Я у Сашки книгу одолжила почитать. Мы каждый день теперь встречаемся. С ним всё по-другому, лучше, не так как с моими старыми бойфрендами. Те двух слов связать не могли. Одни матюки, да тупые приколы.

– Я рад за тебя Алла! Если ещё чем смогу помочь, советом, или тебе там уйти понадобится по сердечным делам, не стесняйся.

– Спасибо, Сергей Николаич! Я ещё хотела вам сказать, что и с родителями у меня отношения наладились. После ваших слов насчёт предков, я задумалась. Перестала психовать, злиться, когда они начинали меня «пилить» и читать нотации. Стала слушать и отвечать, объяснять свои поступки. И случилась странная вещь. Мы постепенно начали понимать друг друга, уделять время. Уступать, идти навстречу. Стало жить проще и легче. И родители стали как-то ближе. Я за ними, такими, соскучиласьс детства.

У меня почему-то защипало в глазах, и я на секунду отвернулся.

Как мало иногда нужно сделать, чтобы снять, «разрулить» какую-то, кажущуюся совершенно неразрешимой проблему. Которая, при ближайшем и непредвзятом рассмотрении, оказывается проще пареной репы. Было бы желание спокойно и терпеливо разобраться. Особенно, когда сложности с самыми близкими тебе людьми.

Отцы и дети… на деле-то, оказывается вопрос… надуманный. Часто трудности возникают из-за невнимательности одних или «упёртости» других…

В нежелании чем-то поступиться, пойти навстречу, поискать новые подходы.

И почему очень простые и ясные вещи должен обязательно громко сказать кто-то посторонний, чтобы заблудившийся где-то в им самим выдуманном мире, человек, прислушался и попытался взглянуть на себя и пространство вокруг по-новому, снять с глаз искусственную пелену, как кривое зеркало, искажающее жизнь и смысл поступков?

Аллочка ушла. Дай Бог, чтобы у неё всё было хорошо. И с родителями, и с новым знакомым.

А мне надо позвонить Маршавину.

Я набрал его номер по сотовому

– Здравствуйте, Игорь Леонидович! Таранов беспокоит. Есть какие-нибудь новости?