– Есть, Сергей, есть. Завтра подъезжай ко мне в офис, лучше с утра. Надо пообщаться.

– Хорошо, буду обязательно!

Ну вот, кажется, что-то сдвинулось. Надеюсь, у профессора добрые вести. Но на сердце у меня почему-то стало тревожно…

Назавтра плохие предчувствия подтвердились.

Когда я заехал во время перерыва в офис «белого мага», Маршавин, включив, как обычно, «шумелку», сочувственно спросил

– Тебе с плохих новостей начинать или с хороших?

– Давайте сначала плохие.

– Ну, ладно. Слушай тогда неприятное. Лемешева, наконец, получила заключение экспертизы по катане. Оказалось, Халин был убит именно этим оружием. Так что, катана теперь официально приобщается к делу об убийстве, а ты становишься свидетелем.

Поезжай сначала к Лемешевой, вот тебе адрес и телефон, поговори, напиши объяснительную, как у тебя эта катана оказалась и почему ты её так поздно сдал в милицию и не написал заявление о нападении на тебя. Ну, она там сама всё объяснит, что надо сделать. Потом, по вызову, явишься к следователю, ведущему дело, для дачи показаний. Это, как ни крути, необходимо.

– Я понимаю. Раз уж так повернулось, значит, придётся делать всё, что официально требуется по закону. Вот Петухов-то обрадуется новым обстоятельствам дела.

– Пусть чуть порадуется человек, раз у него других развлечений нет, - Игорь Леонидович грустно вздохнул, - Анна подтвердит, что ты сам отдал эту саблю на экспертизу при куче свидетелей. Да и я буду держать это дело на контроле, чтобы у следователя не появилось соблазна снова попрессинговать тебя в камере, как он это уже делал. Позвоню кое-кому…

– Ладно, я переживу. А какие хорошие новости?

– А вот и хорошие новости, - профессор вытащил из ящика и бросил на стол пачку фотографий, - получены снимки высокого разрешения со спутника. Здесь вся Белгородская область. Есть частично и Курская. Эти распечатки для общей ориентации, а сами графические файлы, записи сигналов и данные у меня в компьютере. Как будем искать корабль мракосов?

– Это подходящие программы для анализа данных, - я написал на бумажке пару названий, - а вот это приблизительный состав покрытия корпуса корабля, и, соответственно, спектр отражённых от него сигналов, видимых нашим радиотелескопам и спутниковым регистраторам. Надо попробовать вычислить географические точки с наибольшим совпадением отражённого и заданного спектров.

– Сделаем, - Маршавин забрал бумажку, - я найду, кто этим займётся.

– Ну, тогда всё? Я поехал к Лемешевой.

– Одну минутку, - остановил меня профессор, - скажи мне по секрету, Сергей, очень уж любопытно, какие возможности эндорфов ты приобрёл? С чем уже разобрался?

Я улыбнулся, ещё бы не спросить такое! И мне, будь я на месте Маршавина, было бы жутко интересно. Но говорить надо о том, что уже проверено, осмыслено, принято умом и телом, поэтому не следует рассказывать всё подряд, захлёбываясь от восторга. Я не эндорф, поэтому не все закачанные в меня способности, навыки и умения инопланетной цивилизации, могут «работать». У нас с эндорфами несколько разные организмы, физиология и устройство мозгов. Не зря же хен-хай пришлось в спешке «перенастраивать» под землянина.

– Да вы знаете, Игорь Леонидович, из того, что точно работает и мною проверено – это телекинез, как у вас, и гипновнушение или телепатический посыл. С остальным разбираться надо, пробовать, тренироваться.

– Телекинез? А какую массу можешь двигать?

– Попробовал кузов старых «Жигулей» поднять и перенести на несколько метров. Получилось без напряга.

– Интересно! Говоришь, твой организм перед загрузкой данных, «хен-хай» полностью «вычистил»? На генном уровне?

– Да, так я понял. По сообщениям на дисплее того виртуального пульта, как при установке компьютерной программы.

Профессор замолчал на несколько секунд, потёр бровь и медленно выговорил

– Есть у меня такое, въевшееся в печёнку убеждение, если помнишь, я и на лекции об этом говорил, что чистые, здоровые телом и душой люди, имеют от рождения или постепенно приобретают некие необычные, вроде бы, сверхъестественные способности. В частности, вот этот самый телекинез, развитую интуицию, повышенную энергетику тела, силу мысли, возможность видеть ауру живых существ, лечить её, и многое другое. То, что я называю «найти в себе чашу Грааля».

– Ну, а как же мракосы?

Игорь Леонидович смутился

– Я пока не знаю, что собой представляют мракосы. Какие они? К чему стремятся? Что для них высшие ценности? Да и по аналогии со старинными сказками – есть ведь добрые волшебники, а есть – злые. Почему они злые, то отдельный вопрос. Разбираться надо. Вот поймаем первого мракоса, будем его изучать, - профессор прищурился, - я ещё не забыл, как мы с Тимохиным как-то под Берлином фрицев допрашивали. Особо не миндальничали. Война заканчивалась, и речь шла о том, сколько жизней наших ребят удастся спасти к Победе, которая была не за горами. Так что, «кололи» немцев по полной программе. Всё вытряхивали.