– Может авитаминоз? – печально усмехнулась Анна.

– Кто знает, – уклончиво ответил Йо.

– И вчера утром Голдва ей всё рассказал, – яростно прошептала Скарлет.

– А чего ты ждала, – Офелия глотнула томатного сока, – мы же Такеи, и родителям положено знать о том, что вытворяют их дети.

– Да уж, – буркнула Скарлет, – в общем, все мои танцы накрылись медным тазом на неопределенно долгий срок.

– Пусть ты злишься, но я считаю, что это правильно, – без тени сомнения продолжила Офелия, – Скар, ты сама себя губишь. Просто назло окружающим, а ты этого не заслужила.

– Я всё равно придерживаюсь другого мнения, поэтому буду добиваться своего, – упрямо проворчала девушка. Офелия вздохнула, но спорить не стала.

– Странно, что она не сидит между ними, – съязвила Фиона, шепнув подруге.

– Перестань, они же там с родителями, как и мы все, – весомо напомнила Джин, потом повернулась к Тами, – ты как?

– Всё в порядке, – скромно улыбнулась Тамао.

– Просто не смотри в ту сторону, и дело с концом, – сама Джин кинула взгляд как раз в запретном направлении. Хао безразлично ковырял вилкой в тарелке, попеременно отвечая на вопросы с разных сторон. Йо с чуть большим интересом жевал сэндвич с лососем и черри. Анна время от времени пила сок, постоянно кидая озабоченные взгляды на Пилику. Сама Пилика с равнодушием едва ли не большим, чем у Хао, крутила из салфетки непонятного зверя. Счастливыми они не выглядели. Не выглядели они даже радостными.

– Хотя вполне можешь смотреть в ту сторону, – саму себя поправила Джин.

– Бедная Мати, – протянула Глория.

– Да уж, – Лайсерг усмехнулся, – из её дня рожденья сделали общественно важное мероприятие. Погоди, сейчас все встанут из-за стола, начнут говорить о политике и заключать важные сделки. Вот здесь и вершится бизнес.

– Ох, пафос потёк, – подколола Глория.

– А не так?

– Может и так, только мы все здесь благодаря этому самому бизнесу. Будь благодарен своим родителям за всё то, что они для тебя делают.

– У кого там пафос потёк? – ввернул Лайсерг.

– Бесишься ты по причине пятничных событий, надо думать? – поинтересовалась Глория.

– Не сказал бы так, – он вежливо принял от официантов следующее блюдо, – вполне комфортно себя чувствую.

– Что, нравится малышка Сейнт? – наплевав на всё сказанное, прямо спросила Глория.

– Чиссен, ты невыносима.

– Не строй из себя Рена, – рассмеялась девушка, – так что?

– Она симпатичная, – пожал плечами Лайсерг, – только и всего.

– Так вот в чем дело, – Глория притворно изумилась, – то-то я думаю, ты всё ждал чего-то…этакого! А дело-то вон в чем. Ты прав, с такими страхолюдинами, как мы все, ловить нечего. Наконец объявилась спасительница!

– Понеслась, понеслась, – комментировал Лайсерг, – да, нравится. Ты довольна?

– Вполне, – Глория расплылась в улыбке.

Вслух звучали только вопросы об учебе, олимпиадах, политике, театрах и застольные шутки. Все прочие разговоры проходили в порядке перешептываний и при значительном наклоне к собеседнику. К вящему удивлению многих, почти все родители/бабушки/родственники в том или ином составе присутствовали, и естественно поглядывали на собственных чад. Поэтому все разговоры о любви, романтике и интиме пришлось приглушить – обстоятельства позволяли лишь чинно восседать на стуле и попивать шампанское в умеренных количествах, отвечая на благопристойные вопросы родителей друзей и знакомых. Но, даже самые примерные подростки нуждаются порой в ослаблении контроля, поэтому… Как и предсказывала Мари, к половине одиннадцатого почти все субъекты старше 23х лет покинули мероприятие. А вместе с ними и сама виновница торжества.

– Ты не можешь так поступить, – шипела Мари, они остановились возле маленького фонтана и продолжали спорить, – что скажет твоя мама?

– Она уходит… – Мати обернулась на всякий случай, – Канна меня прикроет!

– А ты сказала ей? – с сомнением покосилась Мари.

– Нет, это твоя забота, – парировала Матильда, – давай же, ведь у меня день рожденья! Я побежала, – она быстро чмокнула подругу в щеку и упорхнула в соседний зал, пробираясь к выходу через чужую свадьбу, на выходе её ждал Фудо.

– Прекрасно, – выдохнула Мари, расправляя плечи и готовясь к схватке с Канной. Она будет в ярости.

– Да, мама, – покорно кивала Анна.

– И не позже часа, – настаивал папа.

– Конечно. Пальто, время, выпивка – я всё запомнила, – улыбнулась Анна, провожая родителей. Потом облегченно выдохнула, – наконец-то.

– К обеду вы должны быть в «Лонд-осте», – продолжала Кейко.

– А как же уроки? – с надеждой поинтересовался Йо.

– Что ж, придется пропустить. Они остановятся у нас всего на пару дней.

– Так почему нельзя поужинать, а не пообедать? – раздраженно спросил Хао.

– Потому что так хочет дедушка, – непреклонным тоном оповестил Микихиса, – и, Хао, больше молчи завтра, – Асакура громко фыркнул на это замечание.

– Они озабочены вашим последующим образованием, – уже в который раз напомнила Кейко.

– Ну разумеется, – буркнул Хао.

– Фиона.

– Папа, я буду дома около полуночи, и со мной решительно ничего не станется, – повторила девушка.

– Хоро, ты отвечаешь за сестру, – строго напомнил мистер Юсуи.