– Ну, из мультика, — подсказал Йо, — там волк все время зайчонку говорил ну пого…

– Заткнитесь!!! – Голдва аж ногами затопал.

– Это я что ли зайчонок? – сморщился Хао, — молчу-молчу… — он примирительно поднял руки вверх.

– Молчи, молчи… — сквозь зубы процедил Микихиса.

– Итак, принимая во внимание все то, что вы сегодня натворили… — злорадно начал Голдва.

– Простите, о чем вы? – перебил Фудо.

– Как это о чем?! – заорал Голдва, — не стройте из себя ничего непонимающих невинных жертв! Я вам ни за что не поверю!

– Тоталитарная власть! – наподобие оратора Хао вскочил на стул в мгновение ока и поднял руку в верх, агитируя.

– Долой диктатуру! – Трей тоже встал на свой стул.

– Всю власть народу! – поддержал Йо.

– Хлеба и зрелищ! – заорал Рен. Феникс откровенно рассмеялся, Глория в ужасе зажмурилась, Мари и Мати с трудом сдерживали приступы истерического смеха, Анна вздохнула, Лайс пробормотал что-то типа: «Лозунги эти были в разное время…», Офелия усмехнулась, а у Скарлет поднялось настроение.

– Нет, вы посмотрите на них, — со скрещенными на груди руками в класс зашел Цинк. Все быстренько сели на места.

– Подняли такой балаган, что вас внизу слышно! – следом зашел Хром.

– А что вы устроили, пока шло совещание? – гневно спросил Микихиса, — кабинет общества теперь по кусочкам можно собирать!

– Ты преувеличиваешь… — снова вставил Хао.

– Ты вообще когда-нибудь молчишь? – чуть усмехнувшись спросил Цинк.

– Когда сплю, — безапелляционно ответил Хао, — когда ем, — он немного подумал, — и еще когда целу…

– Сменим тему! – воскликнул Микихиса.

– Вот именно, — подтвердил Голдва. Все учителя несколько смутились подобной откровенностью Асакуры, ученики же выглядели вполне спокойно, — итак, сегодня утром произошло…

– Кого-то убили? – испуганно спросил Трей.

– Что? – сбился Голдва.

– Обычно таким трагичным голосом говорят про преступление, — отмахнулся Хоро, — вот я и подумал, что…

– Да замолчите же вы наконец! – заорал Микихиса, — скотч… — вдруг тихо произнес он.

– Нет! – воскликнули Хао и Йо одновременно, — только не скотч! Мы помолчим.

– Это не гуманно, — буркнул Рен.

– Итак, — продолжил Голдва, — сегодня утром произошло массовое опоздание на урок физики! — победно закончил он.

– Спорим, что если бы это было опоздание на любой другой урок, вы и не заметили бы? – нагло спросил Хао.

– Мистер Асакура… — с трудом сдерживая гнев, процедил Голдва.

– Можно просто Хао, — отмахнулся парень.

– Сейчас вы сами скажете мне, кто сегодня опоздал, — игнорируя сына, сказал Микихиса.

– Они же никогда не признаются, — развел руками Хром.

– Ошибаетесь, — Йо встал, — это дело чести.

– Вот именно, — Фудо тоже поднялся. Следом за ними встали около парт Рен, Феникс. Мари и Мати, переглянувшись, тоже поднялись. Трей попытался сделать отсутствующее выражении лица.

– Хоро, — тихо произнес Микихиса, — ты не опоздал сегодня?

– Ну… — Трей похлопал глазками.

– Вставай, — Микихиса махнул рукой, — ты каждый день опаздываешь, — Хоро с улыбкой поднялся.

– Все? – сузив глаза спросил Голдва.

– Все, — ответил Рен, оглянувшись.

– Прям все-все? – Голдва еще больше сузил глаза.

– Да не старайся, китайцем станешь, — отмахнулся Хао, — обломись. Меня там не было, я пришел вовремя.

– Не может быть! Я слышал твой голос! – вскипел Голдва.

– Но он пришел вовремя, — несколько презрительно скосившись на директора, сказал Рен.

– Отлично, — продолжил Голдва, — вопрос второй… Мой блокнот!!! – все переглянулись.

– Вы про что? – спокойно осведомился Йо.

– Вы знаете, про что, — директор погрозил пальцем, — давайте, это же дело чести!

– Ну же, есть среди нас люди бесчестные? – подбадривал всех вокруг Хао, — нет, правильно. Так что сознавайтесь, хулиганье! – он искренне рассмеялся.

– Хао, вставай, — устало пробормотал Микихиса.

– Я??? – Хао встал, но сделал такое обиженное лицо, что все усомнились в его вине.

– Ты, ты, — бросил отец.

– Как… как ты мог подумать такое? – театрально продолжал оскорбляться Асакура.

– Может не он? – тихо спросил Хром, Цинк оценивающе посмотрел на ученика.

– Да он это! – объявил Микихиса.