Рэчел долго смотрела на него.

– Скажи “пожалуйста”, – прошептала она.

Джереми странно посмотрел на нее и облизнул губы:

– Пожалуйста…

Она улыбнулась.

– Почему ты не сделал этого с самого начала? – Она повернулась к Кэтрин. – Прежде чем мы приступим, мне хотелось бы узнать одну вещь. Кэт, тебе удалось выяснить, почему Десница изменила меня и Гидеона? В чем заключался их план?

– Нет, Рэчел. Мне очень жаль. Мы вскрываем один секретный архив за другим, но эти файлы еще не появились.

– Проклятье, – пробормотала Рэчел. – Мне действительно хотелось узнать.

– Еще узнаешь, – сказал я. – Может быть, к твоему возвращению все уже выяснится.

– Может быть, – согласилась Рэчел. Судя по ее тону, она ожидала чего-то большего, чем нам с ней уже пришлось пережить. – Можно начать прямо сейчас?

Джереми кивнул:

– Мы готовы. Вам не приходилось путешествовать по системе изнутри, но специалисты Десницы для этих целей пользуются лодкой, плавающей по виртуальному аналогу реки Стикс. Тебе будет казаться, что ты плывешь на лодке – до тех пор, пока ты не прорвешь границу и не окажешься в абстрактном киберпространстве. Если ты обратишься к нам, мы сможем слышать твою речь.

– Будет ли у меня возможность разговаривать с Гидеоном? – спросила Рэчел.

Джереми немного подумал:

– Это можно устроить. У меня есть один прибор для переговоров с тобой, но я могу принести другой через несколько минут.

Пока он готовил вторую линию связи, а Кэтрин возилась с мониторами, Рэчел отвела меня в сторонку.

– Если я не вернусь… – тихо начала она.

– Даже не думай об этом, – перебил я. – Ты обязательно вернешься.

– Пожалуйста, Гидеон, выслушай меня. Не надо делать вид, будто я отправляюсь на прогулку в парке. Я хочу лишь, чтобы ты знал: что бы ни случилось, это ничего не изменит. Если я умру сегодня, завтра или через пятьдесят лет, окруженная внуками, – наши последние дни с тобой останутся… самым лучшим, что было в моей жизни. У меня не могло быть лучшего партнера, друга или любовника. Я в самом деле люблю тебя, Гидеон.

– Я тоже люблю тебя, Рэчел. – Всего лишь несколько слов, не способных передать глубину моих чувств. Я мог бы умереть за нее, но я хотел жить вместе с ней.

– Если я вернусь, и мой разум… – продолжала она, – если ничего не останется, сделай так, чтобы мне не пришлось жить в таком состоянии. Ты понимаешь, что я имею в виду?

Я не мог говорить из-за комка в горле, поэтому просто кивнул.

– Даешь слово?

Я снова кивнул. Тогда она поцеловала меня – человека, пообещавшего стать ее убийцей, если дело дойдет до этого. Мы долго держали друг друга в объятиях, хотя и не так долго, как мне бы того хотелось.

Затем я услышал голос Джереми, негромкий, но настойчивый.

– Все готово, – сказал он. – Можно приступать.

Рэчел еще раз обняла меня изо всех сил и подошла к шезлонгу, приготовленному для нее. Кэтрин прикрепила датчики и надвинула ей на голову психопомпу. Потом Джереми протянул мне голосовой коммуникатор – пластиковую лицевую маску, подогнанную по размеру. Я укрепил ее на месте застежкой, опустился рядом с Рэчел и взял ее за руку, хотя она уже не могла этого почувствовать. Дерек и сенатор Барр, заметно нервничавшие, стояли у стены.

– Когда она отправится? – спросил я у Джереми, надевавшего свой коммуникатор и занимавшего место у компьютерного монитора. Мой голос звучал приглушенно.

– Она уже в пути.

Внезапно, хотя губы Рэчел не двигались ее голос раздался из динамиков, подключенных к психопомпе. Впечатление было зловещее, словно мы услышали голос призрака.

– Я плыву вверх по течению, очень быстро. Это… это тоннель с желто-красными стенами. Вода мчится так быстро, словно меня засасывает…

– Сосредоточься на программе-размножителе, Рэчел, – попросил Джереми.

– Держись, Рэчел! Ты слышишь меня?

– Да… слышу тебя, Гидеон. Здесь так жарко…

– Частота сердечных сокращений увеличивается, – сообщила Кэтрин, глядевшая на маленький медицинский монитор.

– Впереди барьер! Он выглядит, словно… о Господи, я сейчас врежусь в него!

– Все в порядке, – успокаивающе произнес Джереми. – Это вход. Продолжай движение.

– Частота сокращений достигла критического порога, – сказала Кэтрин. – У нее будет сердечный приступ!

Джереми на секунду задумался. Это была его операция, и я не сомневался, что он захочет продолжать ее. Однако парень снова удивил меня.

– Отключайся, Рэчел! – крикнул он. – Возвращайся немедленно!

– Нет! Я смогу выдержать! Я смогу выдержать, – повторила она. Ее рука в моей была горячей и мокрой от пота. – Я прошла! Я прошла! О Боже, здесь настоящее безумие…

– Начинай передачу данных, – сказал Джереми.

– Да… да…

На экран Джереми хлынула информация, загружавшаяся в наши банки памяти с такой скоростью, что строки сливались в одно целое.

– Я получаю информацию… Прекрасно, Рэчел, держись, она поступает!