– Вам не нужно сражаться с ними поодиночке, – ответил Джереми. – Структура эшелонирована по вертикали, как на бизнес-диаграммах. Сатана находится в верхнем прямоугольнике, а три главных демона – в горизонтальном ряду под ним. Поэтому вам нужно справиться с одним из них, и вы доберетесь до того, кто правит бал.

– А зачем нам вообще понадобилось встречаться с Сатаной? – осведомилась Рэчел.

“Хороший вопрос”, – подумал я. Я чертовски устал бороться с демонами, кибернетическими или настоящими.

– Дело в том, что Сатана как таковой является одним из последних слоев ЛЬДА, защищающего программу-размножитель Преисподней.

– Программу-размножитель, Джереми? – озадаченно повторила сенатор Барр.

– Да, файл-сервер – программу, генерирующую все ямы и логова Преисподней. Когда ЛЕД Сатаны будет взломан, мы сможем запустить исследовательскую программу в код, генерирующий любую из отдельных адских ям. Жучок проследит этот код до его источника – программы-размножителя. Для нас это единственный способ написать программу, способную разрушить файл-сервер. А уже потом нам придется придумать, как внедрить ее в главный компьютер.

– Который, вероятно, находится в Пентагоне, – заметил я. – И охраняется не хуже, чем личные покои императора.

– Мы сможем пробиться туда, если узнаем, где он находится, – заявила Эрин Барр. – Наши внутренние осведомители окажут любую посильную помощь. Мистер Меакулп, у вас есть идеи?

– Нет. Мне ни разу не приходилось бывать там. Я не мог связаться с главным компьютерным залом даже по электронной почте или модему; приходилось перекачивать результаты своей работы на диски и посылать их по пневматической почте.

– Сложно, – пробормотала Рэчел.

– Одно совершенно ясно, – продолжал Джереми. – Мы не сможем продвинуться вперед, пока старина Дьявол не откинет копыта.

– И без сомнения, вы хотите, чтобы эту работу выполнили люди, которые уже освоились в Преисподней, – язвительно подхватила Рэчел. – Люди, которые не растеряются, попав туда, а будут готовы к схватке.

– Точно, – подтвердил Джереми. – Но у меня есть приятная новость: это будет не так трудно, как вам кажется.

– Почему?

– Потому что с помощью алгоритма Массимо Эдди нам удалось выяснить, помимо других вещей, как дать Сатане такого пинка, что он улетит на небеса.

– Когда все это закончится, я хочу, чтобы в мою честь назвали какой-нибудь штат, – со слабой улыбкой промолвила Рэчел. – Итак, как нам побить Сатану?

– Сначала вам нужно уничтожить Вельзевула. Им управляет сознание Патрика Фаллона, президента Объединенных Церквей. Он будет для вас самым легким противником, поскольку ваши виртуальные аналоги уже имеют все, в чем вы нуждаетесь. К сожалению, он также наиболее отвратительный из всех.

– Отвратительный? – переспросила Рэчел. – Почему?

– Вельзевул был Повелителем Мух, – пояснил Том. – Он является в облике гигантского насекомого, составленного из миллионов мух, которые скреплены между собой спрессованным могильным прахом.

– Поразительное тщеславие, – прошептала сенатор Барр.

– В его программу заложена способность к реинтеграции в том случае, если он распадется на составляющие фрагменты, – добавил Джереми. – Поэтому вам нужен материал, который помешает этим фрагментам объединиться в целое. Но не беспокойтесь, вы его получите.

– А как насчет Сатаны?

– О нем тоже не беспокойтесь, – беззаботно отмахнулся Джереми. – Он об этом не знает, но благодаря Массимо Эдди он теперь запрограммирован на поражение. Его единственное эффективное оружие – это лживый язык, поэтому не позволяйте ему заговаривать вам зубы. Сосредоточьтесь на необходимости уничтожить его, и вы победите.

– Хорошо, – сказал я. – Тогда давайте приступим. Не каждый день удается низвергнуть Сатану, даже если на самом деле он всего лишь массив данных.

Мы вошли в компьютерный зал, снова надели психопомпы под наблюдением Джереми и Кэтрин и отправились во владения Вельзевула. Я все еще надеялся, что многократные визиты в Преисподнюю и обратно облегчат наш перенос туда, но этого не произошло. Хотя я твердил себе, что боль нереальна, мой мозг не верил этому.

Когда мы прибыли в тронный зал Вельзевула, я понял, что именно Том и Джереми имели в виду под словом “отвратительный”.

В первую очередь меня поразило жужжание. Звук был такой, словно мы вдруг оказались в центре пчелиного улья. Но это были не пчелы. Это были мухи: большие, жирные, отвратительные твари. Пещероподобное помещение было заполнено ими до отказа, отчего воздух сделался черно-синим, наподобие плотного жужжащего тумана. Мы не могли даже открыть рот из опасения, что проклятые насекомые сразу же набьются в глотку.