– “Пабст” и “Микелоб лайт”. “Пабст” у нас мог закончиться.

– Тогда два “Микелоб лайт”.

– Вам бургер все равно подавать?

– Конечно, спасибо, – говорю я.

– Эй, а Дебби – это вы? – спрашивает Вайолет.

– И тут уж ничего не поделаешь.

По дороге на кухню тетка останавливается перед морозилкой у стены, достает целлофановую упаковку с полуфабрикатным французским тостом. Вайолет этого не видит.

Занятно. Мне приходилось бывать в таких недружелюбных забегаловках и прежде, но в основном в Бруклине, южнее 65-й улицы, или в Куинсе, восточнее бульвара Кросс-бей, и назначение их было отнюдь не в кулинарии [29] . Не факт, что мы оказались именно в таком месте – уверен, в мире полно закусочных, которым удалось добиться подобной задрипанности честным путем, – но здесь стремно.

– Зацени, – говорит Вайолет.

Я поворачиваю голову туда, куда она смотрит, и вижу табличку на стене:

ЖАЛУЙСЯ ДАЛЬШЕ

ЕСЛИ СВЕТ ПОГАСНЕТ, БУДУ ЦЕЛИТЬСЯ ПО ГОЛОСУ

– Да что же за это за херня здесь творится? – недоумевает Вайолет.

Дебби Шник с грохотом влетает обратно в кухню: “Вы что, все охренели на хер, что ли?!” Сперва Дилан и Мэтт просрали ходку в Виннипег – вернулись гашенные вусмерть, лучше бы сразу напялили футболки “АЛЁ!!! Я ОБДОЛБАЛСЯ МЕТОМ!!!” – потом Джей-Ди забыл перевернуть табличку “ОТКРЫТО”, и теперь в кафе завалилась парочка чертовых копов!

А у нее тут как раз три тысячи колес псевдоэфедрина – перемолоты, промыты и разбодяжены очистителем тормозов, и все это стоит в конической колбе на кухонном столе.

Вся кухня черт знает на что похожа. Что сегодня в меню дня – Франкенштейн? А она собралась приготовить долбанный гамбургер для копа?

Дебби подходит к зарешеченной двери, ведущей на задний двор. Через решетку видит кучку пацанов, что сидят на ящиках и мусорных баках. Но им ее не видно, она знает. Если б увидели ее, не сидели бы так, развалившись, как обезьяны.

“Пошли на хер отсюда!” – От ее крика несколько парней подскакивают.

Дебби даже не знает, можно ли теперь включить газ в духовке. Вещество вряд ли успело достичь такого состояния, что при реакции с пропаном превратится в то дерьмо, которым травили людей на Первой мировой [31] , но откуда ей, черт возьми, знать наверняка?

Газ она решила не включать. На хрен копа. Она разогреет гамбургер в микроволновке. Если он вообще коп. Они с этой дамочкой больше похожи на ФБР или Наркоконтроль, что-нибудь такое. Они слишком сексапильные для обычных копов. Дебби интересно, давно ли они трахаются и знают ли об этом их супруги.

Блин! Ну блин же! Ну ёж твою мать! Даже если она разогреет бургер в микроволновке, то как же ей приготовить булку? Или французский тост для коп-тёлки? Черт подери!!!

Дебби вне себя от ярости. Рывком открывает дверцу холодильной камеры: Мэтт Вогам и Дилан Арнтц, оба связаны, рты заклеены изолентой, посиневшие и вялые от холода. Даже не дрожат больше. Еще одна головная боль для Дебби.

– Черт вас раздери! – орет она и хлопает дверью.

Они сами, блин, во всем виноваты. И как она могла им доверять?

Чего еще не хватает этим говнюкам? Она и так уже кормит их, дает им, платит за кабельное ТВ. Чего им еще нужно? Ей что, зажать “икс-бокс” между ног над дыркой, чтобы им все удовольствия сразу?

А ведь она просила их всего-навсего быть хоть чуточку, млять, людьми – и НЕ ПЕРЕВОДИТЬ ГРЕБАНЫЙ ПРОДУКТ!

Мэтт Вогам безнадежен, это она знала. Он много раз мотался в Виннипег с Грегом Бирнером, но якобы никогда не замечал, чтобы Грег употреблял. Уже из-за этого Дебби замочила бы его заодно с Грегом, тогда в живых не осталось бы никого, кто ездил туда. Но тогда ей показалось разумнее держать Мэтта при себе.

Ни фига подобного, что тут еще сказать. Дилан – лучший ее парень, самый надежный, он все-таки иногда ходит в школу, Дебби развлекает его рукой, потому что он стесняется кончать ей в рот, – так вот, Дилан в первый, млять, раз поехал с Мэттом Вогамом и вернулся настолько обдолбанным, что моргать не мог нормально. Они с Мэттом наплели ей какую-то бредовую историю – хотя теперь Дебби думает, это могло быть и правдой, – что Вахид, гребаный йеменец, не смог достать таблетки со склада в аптеке его двоюродных братьев, поскольку они что-то заподозрили, мало того – Вахид еще и не разрешил Мэтту и Дилану подождать в его квартире, ведь у него там, понимаете ли, чертово “религиозное собрание”.

Вот в этом-то вся и фигня с гребаными йеменцами. Они в деле, только чтобы слать бабло Хезболле или еще куда-то. Это не их бабло, не их проблемы. Поэтому они работают непрофессионально.

И конечно же, Мэтту и Дилану пришлось пойти в бар перекантоваться, и естественно, какие-то канадские соски спросили, нет ли у них кокса. А Мэтт сказал “да”, потому что у него был хренов мет, и заставил Дилана тоже нюхнуть, чтобы соски не подумали, будто им подсовывают дозу для дружеского изнасилования.