— Ты со мной не говоришь, ты мне приказываешь или просто беспричинно орёшь и ругаешься, — поправила я его. — Но да, согласна, свои недовольства нужно высказывать рабу в лицо.

Старалась смотреть в сторону или вперёд себя, поэтому, когда Лорин наклонился ко мне, тяжело дыша, скорее всего, от гнева, я на него не смотрела. Было неприятно.

— Не выводи ты меня! — зарычал он мне куда-то в левую область лица. — Съешь хоть что-то и считай меня хоть людоедом!

Ага, сейчас. Я не изменила ни позу, ни свой настрой. Голодовка — гениально. Буду умирать медленно. Но сейчас не особо уже хочется, если честно. Мысль о другой жизни слегка проясняет голову.

— Я не хочу, — поджала губы, ощущая нервозность. — Отойди от меня.

Кушать и вправду не хотелось, но я понимала, что делаю только хуже. Мне нужны силы, чтобы бороться. Нужна уверенность хотя бы в собственном теле, когда Великая Удача повернётся ко мне, и я смогу сбежать. Не очень хотелось бы потерять единственный шанс из-за того, что в ответственный момент мне банально не хватит сил преодолеть большое расстояние. Но принимать еду из его рук и идти у него на поводу ну очень не хотелось.

Лорин выпрямился, прекратив «жарить» мою левую щёку своим дыханием и замолчал. Не отошёл, просто встал. Неуютно — это мягко сказано.

— Хорошо, — как-то выдохнул ликан. — Ты вывела меня из себя.

Сильная рука схватила меня за предплечье и дёрнула вверх. Я тут же слегка запаниковала, но сесть мне пришлось. Затравленно глянула на припадочного. Как же он не любит отказы…

Лорин развернулся, вмиг оказался у кресла, схватил его за подлокотник и чуть ли не швырнул поближе ко мне. Вообще, я была уверена, что он собрался в меня им кинуться, даже дёрнулась от этого скрежета и грохота. Ликан поправил кресло и сел в него, теперь его колени почти касались дивана. Мне пришлось подобрать под себя ноги, чтобы, не дай Бог, коснуться его. Под его пытливым взглядом вновь почувствовала себя ничтожной и слабой. Нет, я, конечно же, такой и была от части, но очередное напоминание лишь выводило меня из себя.

— Начнём сначала, — решил он как-то нервно, откладывая хлеб на столик, который тоже слегка пострадал от гнева хозяина и сдвинулся. — Что ты там про меня говорила? Лжец, негодяй и подонок?

Сглотнула неприятный ком.

— Я не отказываюсь от собственных слов, — тихо, но почти ровно, отозвалась я.

— Я не солгал тебе ни разу! — тут же заявил он громко. — Ни единой лжи из моих уст не вылетело, понятно?!

На этот раз я не сумела себя сдержать и неверующе взглянула в зелёные глаза, горящие праведным негодованием.

— Да как тебе только совесть позволяет такое говорить? — ужаснулась я. — Ты… ты хоть… ты же… как же ты так живёшь?..

Я с чуть приоткрытым ртом смотрела на него. В моей голове не укладывалась подобная наглость. Это просто какая-то новая версия прежнего цинизма. Как он так может…?

— Я не умею держать слово? Так ты говорила, — продолжил он, будто пропустив мои слова мимо ушей. — Напомни-ка мне, о чём речь. Перечисли всё, что я тебе пообещал и якобы не сделал.

Получилось закрыть рот. Не сразу, но это удалось. Боги, да он реально чокнутый. Я живу с сумасбродом и просто блаженным существом, который истинно уверовал в собственную правду. Мне нужно проветриться, иначе я тут с ума с ним сойду.

Засобиралась подняться, но его рука, выброшенная в мою сторону, заставила меня прижаться к спинке дивана. Рука ликана легла на колено, обтянутое покрывалом. Его пальцы сжались, и он, ухватив часть ткани, подтянул её снизу. Оказывается, моё покрывало лежало на полу, и он просто решил галантно его поднять…, но я была банально предвзята. То, как я дёрнулась от его «благого порыва», не осталось незамеченным. Ликан лишь сильно нахмурился, глянув куда-то в сторону, и тряхнул головой, рассыпая по плечам свои серебряные волосы. Он сидел, вновь положив локти на колени, но теперь очень близко от моего маленького островка свободы.

— Говори со мной, — тихо прогудел он, глядя на моё лицо. — Почему я должен слова из тебя вытаскивать, будто шустрых блох из шерсти?

Странное сравнение. Но… он видимо привёл пример из жизни. И он не собачник.

Зачем мне это говорить? Он всё и так знает. Что случится? Но уходить этот мучитель не собирался, поэтому я глубоко вздохнула, набираясь моральных сил.

— Обещал не бить меня, не насиловать, относиться надлежащим образом, — взглянула на мужчину. — Ты так спрашиваешь, будто я это придумала, а ты ничего не знаешь.

Лорин, наконец, услышав от меня «речь», начал кивать в такт моим словам, будто принимая и соглашаясь с ними.

— И какое слово я нарушил? — как-то по больному взглянул альфа на меня. — Я тебя не бил. Только в ванной комнате, но там ситуация такая была. Я тебя в чувства хотел привести — это другое. А про остальное мне непонятно.

Терпи. Не плачь и не смейся. Просто дыши и не задерживайся на этих мыслях, он того не стоит. Это просто очередная уловка заставить меня страдать, вынудить сдаться и прогнуться. Просто терпи, не показывай свою злость и горечь, он этого не достоин.