Выждала несколько секунд, так сказать, для закрепления и потом попыталась вернуться к чтению.

— Пожалуйста, — кивнул он коротко. — Почему не нравится?

Нудный. Если бы не картошка — умотала бы давно! Да хоть в туалете отсидеться. Что его так распирает поговорить-то, я не пойму?! Ну, что за мужик? То слова за неделю не вытащишь, а тут за одно утро месячная норма!

— Честно или смягчить? — уныло уточнила я.

— Честно, — тут же решил он, напрягаясь.

Мышцы на плечах и груди зашевелились. Да, он ходил по дому в домашних штанах. Ещё бы он в них спал, и цены бы ему не было, но нет, нам же тесно…

— Поход на рынок помогает мне отдохнуть от тебя и дома, там мне легче. Я гуляю, дышу свежим воздухом, могу сама выбирать продукты. Могу делать выбор самостоятельно, и никто не даст мне подзатыльник за неправильное решение, — произнесла я, спокойно глядя на осунувшееся лицо Лорина.

Уставился на свои руки. Грубо даже думать о таком, но, надеюсь, он будет молчать какое-то время, чтобы дать мне просто побыть наедине со своей книжкой и картошкой-предательницей, которая, как назло, решила готовиться целую вечность!

— Неужели я так сильно тебя достал?

Он на меня уже не смотрел. Начинает напоминать мне картину одного прекрасного утра, когда я так сильно его ударила. Никогда больше так не сделаю. Мне так стало его жалко, что в тот же миг к себе проснулась злость. Зачем я это сделала? Я ведь не такая, как он. Я не буду отвечать ударом на удар. Нужно быть выше этого, искать другой путь, ведь если я отвечу, то чем буду лучше него? Да и не могу я быть жестокой, это не моё, а вот интриги я бы плела мастерски. Раскидала бы судьба карты по-другому и, возможно, стала бы уважаемой дамой. Холодный чай жарким летом, терраса, изысканные беседы, смех, тайные взгляды на понравившихся охранников… Эх, где это всё?

— Лорин, а ты думаешь, что своим поведением не доводишь меня? Я ведь не железная, не могу терпеть твоё порой мерзкое настроение стойко. Я слабая девушка, которая может заплакать от одного обидного слова, а ты столько их мне «подарил», что можно смело вёдра подставлять, ибо слёзы будут хлестать нескончаемым потоком. Но плакать у тебя на глазах и в доме я не могла слишком часто. Но такие короткие вылазки помогали мне забывать всё, надеется на лучшее. Мечтать о чём-то, пока я иду и любуюсь этим… слегка странноватым городом. Мне нужно одиночество, Лорин, с такой жизнью ещё и пара бочек вина не помешает, чтобы я уж точно не трепала себе нервы из-за тебя, — высказалась я. — А теперь ты забираешь эту единственную возможность отдохнуть от тебя. Разумеется, я не рада. Придётся терпеть твои заскоки и выходки круглыми сутками, а я почему-то думаю, что не вынесу всего этого.

Устало глядела на угрюмого посла, который, кажется, не рад собственной выгоде.

— Я не буду тебя больше так… доставать, — чуть прокашлялся он и неуверенно поднял глаза на меня. — Если хочешь, я буду работать подольше, чтобы поменьше мозолить тебе глаза.

На этот раз я отложила книгу и встала. Он тут же поднял голову. Я была в шоке. Обошла стол, прихватив с собой стул. Поставила его рядом с ликаном, села на него и щипнула его за плечо. Я в это не верю.

— Где Лорин? — тут же в лоб задала я вопрос. — Ты что с ним сделал?

Тот так на меня уставился, будто я призналась в том, что являюсь мужчиной. Глаза округлил, непонимающий взгляд, потерянный вид.

— В смысле? — растерялся он, потирая место, за которое я ущипнула его.

— Я не знаю, могут ли ликаны как-то менять свою внешность, но ты не тот Лорин, которого я знала раньше! — тут ткнула я в него пальцем. — Говори где он, или я приведу сюда Морика и он вздует тебя.

Видели когда-нибудь испуганного мальчика, которому пригрозили розгами? Я слегка приукрасила свою претензию, но это того стоило. Да он сейчас с ума сойдёт от непонимания.

— Богдана, ты чего? — потерялся он и вдруг взял меня за руку, точнее за кончики пальцев. — Я ведь хочу тебе понравиться…

Если моя картошка сейчас не закипит, я разворочу эту чёртову печь! Тут же медленно высвободила свою руку и перестала так таращиться на него, будто пытаясь найти в нём какой-то изъян.

— Завалить меня опять, что ли, задумал? — прищурилась я.

Тот сразу же дёрнулся, будто это оскорбило его. Надулся так, будто я сказал нечто нелицеприятное.

— Почему ты думаешь только об этом? — в его словах послышался укор. — Я хочу всё вернуть, чтобы ты улыбалась, чтобы тебе нравилось… жить тут. Что в этом плохого?

Боги, дожила. Лорин меня попрекает в… похотливости! Да быть того не может! Я, наверное, сплю или Лорина реально подменили.

— Да плохого ничего нет, Лорин. Это хорошо, но это же не ты, тебе так не нравится, — сдвинула я брови. — Тебе надо поскандалить, надо выпустить пар. Я — лучший вариант.

— Ты не кукла для битья, я больше этого делать не стану, — тут же отрезал ликан. — И ты не права, мне не нравилось так жить. В каком-то плане меня трогало то, что ты порой споришь со мной, а не слепо подчиняешься, как многие, но ругаться с тобой я не хотел.