Я пошла обуваться. Сегодня оделась просто: тёмные чуть узкие штаны, голубая рубашка. И всё. Рукава подвернула, рубашку заправила, но слегка выпустила. В платье не хотелось идти. По моему мнению, платье носят уважаемые девушки, слабые и утончённые. Я такой себя всегда считала, даже когда меня переубеждали, всё равно, в глубине души я это знала. Я девушка. Не леди давно, но я всё ещё представительница слабого и прекрасного пола. Но сегодня мне хотелось чувствовать себя обычно. В штанах удобно, если вставать на колени, то я не наступлю на подол… в общем, свои соображения. Эта одежда больше всего подходит для казни.

Шли мы небыстро, умеренный темп позволил мне успокоиться и смириться. Наконец-то. А чего нервничать? Уже всё решено и я никаким образом не повлияю на исход дела. Так, зачем переживать?

Солнышко грело мне бок, вынуждая щуриться. Лёгкий ветерок слегка растрепал мои косы, но это ничего, скоро они мне будут не нужны. Но зато какая погода… вспоминаю мамины сказки. Она говорила, что когда идёт дождь, то каждая капля ознаменовывает чью-то жизнь. Люди умирают и вода копится в тучах, а когда сил уже нет сдерживать поток этих пресных слёз, то случается дождь. Будто последние капли освободившихся душ уходят в землю, а их естество навсегда растворяется в небе и становится частью света. В детстве слушала всегда с открытым ртом, а сейчас… Я сама присоединюсь к свету и дождю. Наверное, буду смотреть на всё свысока вместе со своей мамой. Она там, она ждёт.

Мы шли по неизвестным мне улицам. В этом районе я не была ещё ни разу. Другие дома, вроде такие же, как везде, а чувствовалась некая отчуждённость. Незнакомо мне всё, а город, наверное, всегда будет чужим… Не будет, точно. Свалю отсюда в каком-то смысле.

Дом Советов мне не понравился. Большое серое здание. Всего один этаж, но располагался он довольно высоко. Пара шпилей даже есть. Сразу видно, что здание не жилое, наверное, что-то вроде особого места для… казни. И самое противное, что вокруг собрались ликаны. Заметив нас, они сначала загалдели, а потом начали стихать по мере нашего приближения. Я на них не смотрела. Пришли поглазеть на казнь. Хотелось бы сказать, что я их не виню, но я их винила. Почему они такие жестокие? Что хорошего в том, чтобы присутствовать при убийстве? Это кайф какой-то? Меня жизни лишают, а им лишь бы повеселиться и развеяться? Ладно бы я была ликаном, то существовала возможность глянуть на драку, а не на простое убийство меня любимой. Низко и недостойно.

Взойдя на высокое крыльцо, сердце моё дрогнуло, предвкушая ужас. Но я себя пересилила и, переведя дыхание, загнала в своё тело покой.

Короткий, но тёмный коридор и… вот оно. Арена. Отлично. Тут скорее всего проходят суды. Большой островок, а вокруг лавки, будто лестница. Чтобы все уместились и всем было видно. Чуть поодаль стояло четыре больших деревянных стула. У них был лучший вид на сцену и на всех зрителей. Там уже сидели три мужчины. Видимо, свободное место предназначается Каре.

Трибуны были заполнены не полностью, но при нашем появлении все насторожились, зашептались. Какое клише…

На самой нижней лавке, ближе всего к нам, сидела стая Лорина, вместе с их предводителем. Я на них даже не посмотрела. Мне нечего им сказать. И внутри как-то приторно мерзко стало. Сидят. Я бы на их месте не стала бы смотреть. А зачем? Я ведь вроде ничего плохого не сделала, но… Лорин их «удивил» моим «повышением», поэтому зрелище моего умерщвления загладят мою вину перед ними.

 — Здравствуйте, Богдана, — мужчина в возрасте поднялся, а за ним встали и остальные.

Старейшины видимо. Кара к ним подошла. Позади меня стояли двое охранников. Наверное, на случай, если я соберусь убегать. Я могу.

 — Здравствуйте, — я чуть качнула головой в знак приветствия.

 — Продемонстрируйте нам метку.

Черноглазый такой. Чуть смутившись, расстегнула две верхние пуговицы и спустила рубашку с правого плеча. Пара секунд и я возвращаю всё на место.

 — Вы осведомлены, что альфа Сальма Гардель бросила вам вызов? — уточнил он.

Нет, я просто так сюда пришла.

 — Да, я осведомлена, — подтвердила я его слова.

Он сделал какой-то жест рукой и несколько охранников, которые дежурили по периметру, отлепились от стены и ушли куда-то вглубь здания. Там было темно, но там точно был проход.

Мне тут не нравилось. Свет из высоких узких окон бил прямо на эту арену. Но также тут присутствовали факелы. Отлично. Сжигать меня, надеюсь, не будут. А холодок по спине пробежал ого-го какой.

И вот из тёмного провала тайного прохода вынырнула Сальма со своими девочками. Спокойно-довольная. Сучка. Вот сдалась я ей…! Нормально же общались, ну были у нас некие разногласия… Это не повод для убийства! Моего убийства!

 — Альфа Сальма, — обратился к ней темноглазый старейшина, который по всей видимости тут главный, — ты подтверждаешь свой вызов… альфе Богдане?

С какой заминкой он это сказал… Я им не ровня, ему самому, наверное, противно. Не своя, а встала на такое вольготное место. Ставлю всё, чего у меня нет на то, что он сам бы меня убил, будь такая возможность. Порочу правила и законы их народа… Какой ужас.

 — Подтверждаю, — кивнула брюнетка, тряхнув копной кучерявых волос.

А она красивая. Хоть и оделась как-то скромно. Узкие брюки, рубашка и жилетка. Удобно. Сапоги напялила. Зачем? Чтобы убить кого-то нужно не так много усилий. А для меня… пары телодвижений хватит. Поэтому я аж на языке чувствовала вкус фальши. Такой бред…