Её голос был добрым, она улыбалась и разглядывала меня, не стесняясь. Я просто слегка настороженно одарила её взглядом и вновь уставилась вперёд.

 — Решил помощницей обзавестись, — усмехнулся сереброволосый. — Точнее меня вынудили.

Женщина усмехнулась, продолжая смотреть на меня.

 — Римма, — произнесла она вдруг, и я заметила краем глаза какое-то движение.

Посмотрела на неё и увидела протянутую руку. Почему-то испугалась, словно она в меня ножом тыкала. Пауза затягивалась.

 — Она немая у тебя? — перевела она с меня взгляд на Лорина.

 — Она леди, — усмехнулся он и постучал пальцами по моему бедру: — Очнись.

Я тут же вздрогнула, сбрасывая с себя оцепенение. Первая женщина ликан, которая заговорила с нами. Обычная, в принципе. Вообще никак не отличалась от простого человека.

 — Моё имя Богдана, мэм, — сдержанно выдала я, и осторожно пожала протянутую руку.

Она тут же рассмеялась.

— Мэм? — переспросила она, веселясь. — Ты откуда такая?..

Она вновь ещё более придирчивее начала оглядывать меня. Стало стыдно за свой внешний вид. Позор.

 — Человек, — пояснил Лорин. — Дочь Прохора.

 — У этого пройдохи была дочь? Я слышала только о сыне, — продолжая улыбаться, выдала Римма. — Ох, старейшины не одобрят, сынок, ой не одобрят…

Что? Она знает о моём отце? Откуда?..

 — Я разберусь с этим, — в голосе Лорина послышалась усталость.

 — Она умеет что-то, да? — женщина была готова начать тыкать в меня пальцем. — Прядёт, может, рисует?..

Мой взгляд словно замёрз. Смотрела упорно вперёд. Пока ко мне не обращаются — имею право. Боги, дайте мне сил…

 — Нервировать, — вздохнул альфа. — Ладно, Римма, мне ещё дела улаживать нужно. Увидимся завтра.

 — Давай-давай, но девчонку ко мне приведи как-нибудь, ладно? — её милый голос начал ласкать и моё ухо, но я отдёрнула себя.

 — Договорились.

И мы наконец-то поехали дальше. Я еле заметно перевела дыхание. Фух, кажется, пронесло. Я живая, от меня не отрезали кусочек на пробу — получается, живёт тут не племя, а вполне цивилизованные… существа.

Ехали мы ещё минут пятнадцать. Изредка мимо нас пробегали дети, некоторые мужчины здоровались, женщины мило улыбались.

И вот мы остановились. Моей талии коснулись руки, и я задержала дыхание от неожиданности. Руки покрепче схватили меня и… помогли спуститься на землю. Немного растерявшись, пошатнулась, когда встала на ноги, но быстро очухалась. Лорин тоже слез с лошади и накинул поводья на один остроконечный прут. Забор тут был именно таким, чуть ниже меня ростом. Мужчина толкнул калитку, и та без труда открылась.

 — Заходи, — кивнул он.

Трясясь, как заяц, осторожно вошла внутрь. Тут слева и справа росли кусты. Вперёд вела каменная дорожка, крыльцо, витые перила, две колонны, держащие треугольный козырёк и массивная тёмно-зелёная дверь. Дом был… трёхэтажным и большим. Приятный тёмно-оранжевый кирпич, полукруглые окна, дорогие ставни с резьбой и элементами кованного железа. Простите, кирпич — это очень дорого. Особенно такой хороший. Не из соломы. И цвет однородный… у нас дом каменный был. Остальной город попеременно: камень-дерево. А тут… я даже растерялась, не зная, как реагировать. Ожидала пещеры. Вот как у нефилимов. Ну, может, дверь была бы и всё. Или почему-то думала, что это будет вроде большой норы. Но увидеть нечто такого рода, я даже не представляла.

Лорин прикрыл калитку и прошёл к двери. Достал ключ из внутреннего кармана и открыл дверь. Тёмный провал словно ознаменовал конец всему. Я была ни жива, ни мертва. Желудок скручивался в тугой узел, во рту пересохло, а голова вновь начала кружиться. Вот и вечер. Готовьтесь, леди, возлечь с чудищем… городским.

 — Вперёд, — указал рукой на вход Лорин, внимательно глядя на меня. — Особое приглашение нужно?

Я вновь стряхнула с себя наваждение и ожила. На негнущихся ногах поднялась по ступенькам и вошла в тёмный провал дома. Лорин вошёл следом и закрыл дверь. «Ну, вот и всё», — подумалось мне. Замерев возле входа, я слышала, как перемещается альфа по своему дому. Темнота убивала меня. Я боялась. Сцепила руки перед собой, стараясь не плакать. Было кошмарно.

Темень, я в логове зверя. Одна.

Вдруг зажглась свеча. Лорин поднёс её к чему-то, и почти в то же мгновение тьма рассеялась тусклым светом лампы. Буквально за десять секунд Лорин зажёг четыре лампы, а потом нырнул в чёрный проём и оттуда тоже вскоре забрезжил свет. Я смогла оглядеться. Я была… не в коридоре. Тут была большая кухня. Прямо впереди. Буквой «П» вдоль стен стояли столешницы, сверху были шкафчики и многоуровневые полки. Было одно большое окно, занавешенное тонким тюлем. Столешницы были чистыми. На них стояло в большом горшке множество столовых приборов, в другой приборы для готовки, открытые полки были заставлены какими-то баночками, а справа была огромная плита. Два чёрных квадрата сбоку. Духовка и скорее всего сама «топка». Плита была тоже кирпичная, что удивительно. А ещё тут стоял стол. Большой такой. Почти в центре. Пять стульев с мягкой обивкой. Слева у стены было две двери. Посмотрела в сторону. За плитой была стена, а за ней лестница, ведущая наверх. Проём, ведущий видимо в просторную гостиную был словно широкой аркой. Я увидела несколько шкафов, шкуры и ковры, устилающие пол и одно кресло. Пялиться дальше не стала, поскольку увидела спину Лорина.