— Что ты любил, когда был… человеком?

Я бы сама не хотела, чтобы мне задавали такие вопросы, но связь со Стаей я ощущала почти как поводок на своей шее — он душил меня и тащил прочь. Чтобы я не задавала тех вопросов, ответы на которые мне очень хотелось узнать.

Ты можешь с этим бороться, шепнул тоненький голосок где-то у меня в затылке. Нет, это не был голос Чейза. Это был мой голос.

Драться.

Драться.

Я в ловушке.

Драться.

Но я не стала драться. Замедлила дыхание и отбросила от себя пелену панического страха, которая грозила опуститься на меня в тот самый момент, как я осознала, насколько крепок был на самом деле мой иносказательный поводок. Жалобный вой застыл где-то глубоко в моей глотке, и я стала ждать ответа Чейза. Чего-то большего, чем пустая болтовня. Что Каллум — через своих прихвостней — позволит мне услышать на самом деле.

— До того нападения мне нравились машины, Йейтс, [26] и чтобы в двери моей спальни был замок.

Чейз задумался, и за его кривой, самоуничижительной улыбкой мне почудился отголосок того жалобного воя, который застрял у меня в горле.

Прочь.

Прочь.

Прочь.

Нам хотелось бежать прочь отсюда.

Глаза Чейза запульсировали желтым. Не произнеся ни слова, Лэнс подошел к нам и положил крепкие руки ему на плечи. А потом прижал к полу и заставил встать на колени.

Жалкий писк вырвался у меня из горла, и тогда Сора положила руку мне на плечо. Она не давила, не напрягала, но когда я наклонилась вперед, ее рука просто еще крепче схватила меня и мягко оттащила назад.

— Посмотри на меня, — прорычал Лэнс, и сидевший на полу Чейз повиновался. Его тело дернулось раз, другой, третий, пытаясь вырваться из хватки Лэнса, и воздух наполнился запахом паленых волос и мужского одеколона. Это не был запах Стоун Ривер. Это было что-то чужое, и оно было здесь.

Еще секунду я сидела на стуле, а в следующую секунду Сора уже толкнула меня к Кейси:

— Уводи ее отсюда!

Но, поскольку приказ напрямую ко мне не относился, то и выполнять его мне было необязательно. А главной заботой Кейси, кажется, было смотреть на Чейза, и вот он смотрел и смотрел, словно бросая ему вызов, чтобы тот подошел поближе.

Стая. Не Стая. Стая. Не Стая. Стая.

Волосы у меня на затылке встали дыбом. Ничего подобного я раньше не видела. Каллум сделал Чейза частью Стаи Стоун Ривер, но все волки в комнате реагировали на него как на чужака.

Чужак на нашей земле.

Угроза.

Мне, подумала я.

Всего мгновение назад я говорила с Чейзом.

Он был у меня в голове.

Даже сейчас я чувствовала каждый спазм в его мышцах — в тех же, что и у меня.

— Чейз, посмотри на меня. — На этот раз голос Лэнса был тихим и спокойным, но в этих словах мне слышался приказ, и в тоне Лэнса мне почудились отголоски голоса Каллума-альфы.

Посмотри на Лэнса, молила я беззвучно Чейза, в уверенности, что это поможет — правда, не понимая почему. Посмотри на него.

Чейз посмотрел на Лэнса, и постепенно запах чужого волка исчез, и в этой комнате остались только мы.

Я, Чейз, Кейси, Сора и Лэнс.

Стая.

— Что здесь только что случилось? — У меня первой прорезался голос, потом и остальные заговорили.

Если бы я обратила внимание, то могла бы заметить, как близко к последней черте подошли охранники Каллума.

Как близки они были к переключению.

— Он у меня в голове. — Голос Чейза был очень тихим. Слишком тихим. Любая другая девчонка вряд ли смогла бы различить его слова.

— Каллум. Волк. Они оба.

Это не был волк Каллума — тот, который наполнил комнату чужим запахом. И это не был Каллум, из-за присутствия которого у Чейза появился этот затравленный, ничего не выражающий взгляд.

Это был Бешеный.

Если Отметина соединяла тебя с оборотнем, то что тогда могло сделать само нападение? Конечно, тут все обошлось без ритуальных действий, но все же…

— Когда Бешеный напал на тебя, ты это почувствовал? — Из всех заданных мной глупых вопросов этот мог заслужить наивысшую похвалу, и я постаралась пояснить: — Ты здесь это чувствовал? — Сложив ладонь в кулак, я приложила к груди.