— Доооооок, это то, что я думаю, да? — рыжик, кажись, поняла, куда ветер дует.

— О дааа, — сказал я, сгибая ноги в коленях.

— О нет! — Ульянка ерзала, но я держал крепко.

Плавным прыжком я нырнул в море, увлекая мелкую за собой. Теплая вода накрыла нас с головой на несколько мгновений, пока я не выплыл. Ульянка, решив отомстить, яростно брызгала мне в лицо. Я, со своей стороны, тоже не остался в долгу. И именно из-за этого на берег мы попали нескоро. Там нас уже ждал физрук, объявивший ничью. И Ольга со Славей. Ольга протягивала мне полотенце, от которого я отказался. Пока сохну, может, хоть чуть-чуть освежусь. А вот Ульянка так легко не отделалась. Славя, невзирая на активные протесты, основательно вытерла её, а в качестве утешения вручила мороженое — пломбирный стаканчик, честно экспроприированный из сумки-холодильника Ольги Дмитриевны.

«Эх, сейчас бы и нам чего-нибудь холодненького, — предложил Шиза, — давай сгоняем за колой?»

Но идти никуда не пришлось — рыжик уже протягивала мне запотевшую холодную баночку.

— Это тебе Ольга передала, — сказала мелкая. Она облизывала мороженое так, что на верхней губе у неё остались «молочные усы». При этом у неё был такой самодовольный и покровительственный взгляд, словно мы не вничью сыграли, а она меня мизинцем скинула.

— Да, да, великая и могучая Ульяна, я поражен вашей красотой, обаянием и силой, — пользуясь тем, что все смотрели следующий бой (на батут поднимались очередные девочки, и отдыхающие снова устремили взгляд на площадку), я указательным пальцем вытер рыжику губки, при этом мимолетно ощутив, насколько они нежные, влажные, упругие и, наверняка, ещё и сладкие, после пломбира. Ульянка замерла, пока я её касался, впрочем, и попыток отстраниться не делала.

С трудом подавил желание облизнуть свой палец — всё же это уже будет слишком, а хотя — к черту! Я, блин, люблю эту мелкую заразу! Она, как младшая сестренка, которой у меня никогда не было. Я быстрым движением слизнул пломбир с пальца. Глаза Ульянки полезли на лоб, а маленькие щечки залило румянцем.

— Вот такие дела, малышка, — я издал легкий смешок, и погладил мокрую макушку. Славя вытирала её от души, но полотенце — это не фен. Шевелюра Ульянки была всё ещё влажной и не такой шелковистой на ощупь, как если гладить их сухими. Вместо ответа Ульянка взяла мою недопитую колу и приговорила её в два глотка.

— Бррр, — мелкая вздрогнула. От холодной газировки глаза заслезились.

— А нечего пить ледяную воду, ангина не дремлет, — нравоучительно изрек я, стараясь не заржать. Рыжик, как всегда, буквально излучала позитив.

— Вернется Алиса, всё ей расскажу, — мелкая надулась, — и про то, как меня скинул, и как Славю там на ручках носил.

«Шухер, нас сдадут с потрохами! — весело сказал Шиза. — Предлагаю взятку, думаю, мелкая соблазнится котлетами или сладостями».

— Да я и сам ей расскажу, — пожал я плечами, — я обещал не врать Алисе.

— Ну и дурак, — прокомментировала рыжик, доедая вафельный стаканчик.

«Солидарен с ней, — согласился внутренний предатель, — не в этом, конечно, случае, но прямо всё и всегда рассказывать не надо».

— А кстати, куда она запропастилась? — задал я вопрос, который уже давно вертелся на языке. — Алиса сказала, что будет в музыкальном клубе, но там пусто.

— А, — девочка махнула рукой в сторону, где находятся ворота, — они с Мику по магазинам пошли, Алиса принарядиться хочет к вечеру. — Сказав это, Ульянка замерла, а затем взволнованно продолжила: — Только я тебе этого не говорила! Это должен был быть секрет. Не рассказывай ей!

— Хорошо, — я хитро прищурился и огляделся. Все были заняты своими делами, и на нас, стоящих на пляже под зонтиком, никто не обращал внимания. — Только если скажешь для чего, а то я умру от любопытства.

— Для чего, — передразнила меня малышка, — не для чего, а для КОГО! Ты иногда такой тугодум.

Сказав это, малышка снова одарила меня покровительственным взглядом. Нет, кто-то точно получит ремня! Так, для профилактики.

— Ну, не всем же быть такими умными, и красивыми. Как ты, Ульянка, — сказал я. А мелкая падка на лесть, вон как свой носик вздернула, и грудь выпятила. Хоть, в принципе, я действительно считаю её очень красивой и развитой не по годам.

— Вот-вот, не забывай это, — продолжила она, почесав рукой носик, — а Алиса хочет платье к дискотеке купить. Мику ей просто выбирать помогает, у неё-то и так гардероб в комнате не помещается.

— Так дискотека же не первая? И кто такая Мику? — Удивился я.

— Дискотека не первая, это да, вот только Алиска на них не ходила, — Ульяна хитро посмотрела на меня. — Сам догадаешься, что изменилось, а?

— Неужели только ради меня? — стало так приятно на душе.

— Знаешь, Док, я никогда не видела, чтоб Алиса к кому-то, кроме меня, так привязывалась. Была настолько добра. Я её понимаю коне… — мелкая снова оборвалась и покраснела, поняв, что опять ляпнула первое, что пришло в голову. — В общем! — Она замахала руками, словно прогоняя меня. — Она будет к вечеру. А Мику — это девочка из музыкального кружка. Она там за главную. Советую, кстати, её обходить: Мику, конечно, милая и добрая…, но заболтает насмерть!

Ульянка отправилась искать очередную жертву для шалостей. А я думал, чем же себя занять, после слов рыжика о том, что Алиса пойдет танцевать только из-за меня. Сегодняшний вечер стал внезапно очень ожидаемым событием, учитывая то, что сам я тоже на всякие танцульки не ходок. Ну не любил я шумные места, громкие басы, которые являются обязательным атрибутом современных танцев, и толпы незнакомых людей. Сейчас же у меня есть рыжая братия, с ними, думаю, даже я получу удовольствие от дискотеки.