Фимка лупанул пару раз глазами и шмыгнул носом. Эти ребята вообще не перестают меня удивлять. Вот этот парень тоже только что проговорился, хотя ума не приложу о чём - вместо повсеместно принятого нынче слова "артистка", он сказал "актриса", что звучит несколько непривычно.

После этого спонтанного обмена мнениями, мы испуганно затихли, опасаясь, не услышал ли нас бродящий где-то по нашему берегу патруль, и усилили наблюдение.

Едва стемнело, как часовые включили прожектора и принялись обшаривать их лучами всю округу, а мы отползли и осторожно пробираясь опушками и перелесками, вернулись к припрятанному нами грузовику. Всё бы ничего, но тяжеленные пулемёты, хотя мы и менялись, оттянули нам плечи своими ремнями.

***

Ефим сразу занялся ревизией съестных припасов - нарезал кубиками весь недоеденный хлеб, что диверсанты принесли ещё с нашей территории, и насушил сухарей под лучами жаркого летнего солнца. Подверг ревизии мешочки с остатками крупы, пересчитал банки трофейных консервов, долго перебирал незнакомые упаковки и заглядывал в свёртки - ещё на неделю хватит. А если не барствовать, то и на десять дней можно растянуть.

Оля перебрала и перемерила все накопленные нами мундиры, а потом засела за шитьё. Через пару дней она как-то что-то на что-то напустила, где-то подложила и перестала выглядеть женственно, когда переодевалась во вражескую форму. Нет, если с близкого расстояния, то эта маскировка никого не обманула бы, но метров с двадцати наша красавица вполне могла сойти за парня.

Мишка то кормил нас, то охранял, то носил воду с неблизкого ручья или мыл посуду.

А я поглядывал на них и видел, что каждый о чём-то думает. Собственно большого секрета в предмете размышлений не оказалось - при акте опустошения очередного котелка с горохово-тушёночной фантазией Михаила была поднята тема уничтожения моста. Варианты предлагались на любой вкус. От подвесить к вагону поезда фугас и сбросить его на рельсы в нужный момент, до подплыть по воде и подложить мину под опору. Лично мне нравился последний, поэтому я его и выделил сразу, поддерживая авторшу предложения.

– Ну, вот как ты думаешь? Немцы что, лодку не заметят? Или плот?
– жестикулируя разведёнными в стороны руками, недоумевал Фимка.

– Так вплавь добраться. Проплыть пару километров вниз по течению не так уж трудно. В конце концов, река сама тебя к месту доставит. А из воды можно выставить только глаза и нос, прикрыв их пучком травы, будто это мусор плывёт, - резонно ответила Ольга.

– Полчаса без резких движений даже в летней воде достаточно, чтобы прилично озябнуть, - вмешался я.
– Даже тебе с твоим подкожным жиром мало не покажется. А потом потребуется восползти на опору по кладке из бутового камня, не производя при этом шума и не лязгая на всю округу зубами от холода.

– Надеть, что-нибудь.

– Мокрая одежда тяжелая. Потащит вниз, - заметил Миша.

– Это для кого-то другого проблема, а я и в одежде не потону - парировала девушка.

– Хорошо плаваешь?
– поинтересовался я.

– Очень.

– Тогда мы с тобой и пойдём, но наденем на себя что-нибудь облегающее шерстяное, желательно из плотной ткани.

– Шинельного сукна!
– выдал Фимка.
– Оно защитит тело от интенсивного омывания водой, уносящей тепло, - мы с Мишкой удивлённо вперили взоры в нашего вечного балагура.
– А что? Я всё-таки девять классов проучился, а физик у нас толковый.

– Можно ещё снизить интенсивность циркуляции воды сквозь толщу ткани, прикрыв сукно сверху листовой резиной, вмешалась Ольга.

"Кажется, ребята на моих глазах изобретают гидрокостюм мокрого типа" - подумал я и ничего не сказал.

– Академики!
– резюмировал Михаил.
– Разбомбленную трёхтонку мы видели неподалеку от места, где спрятаны мотоциклы. Надеюсь, настрадуем камер из её колёс и нарежем из них нужных кусков.

– Если немецкие трофейщики раньше нас не подсуетятся, - улыбнулся я.
– Выходим в вечерних сумерках?

Все дружно кивнули.

***

До места одной из недавних днёвок мы дошли буквально за час с небольшим. В немецкой форме с винтовками и ранцами прокрались лесом к окраине обширного поля, на котором видели покорёженный взрывом грузовик и еще час искали эту разбитую машину, бродя среди высокой пшеницы, натыкаясь на размётанные взрывом обломки - при скудном свете ущербной луны оказалось непросто разыскать нужные нам части. Кабина с мотором и передними колёсами нашлась в стороне от кузова, задний борт которого мы и заприметили в прошлый раз, косо торчащим вверх. Ещё отыскалось отдельное колесо, возможно, запаска. Монтировка и ломик были у нас с собой, а Миша понимал толк в том, как это разбортовать.

– В МТС работал после семилетки, - объяснил он в ответ на шутливое замечание Фимки.

Так, или иначе, три камеры мы добыли. А тут и рассвет забрезжил, и стало видно, что вокруг валяются разбросанные миномётные мины.

– Нам инструктор говорил, что их не стоит трогать, если непонятно в каком положении взрыватель, - остановила Ольга мой порыв поскорее возобладать предметом, в котором, несомненно, содержится тол.

– Взрыватели для снарядов и мин, они вообще целая наука, - добавил Фимка.
– В наш краткий курс минно-подрывного дела не уместились. То есть, если деваться некуда - можно попробовать выкрутить. Возможно, повезёт.