— Лу!

— Ладно! — я выкидываю руки в жесте поражения. — Ладно! Я … Я знаю, откуда пришёл смерч.

— И?

— И я расскажу тебе, если ты обещаешь молчать …

«А иначе я могу разозлиться и нечаянно тебя убить», — чуть не срывается с языка.

— Если ты не расскажешь, я тебя арестую, — настаивает Эмма. Мои брови непроизвольно ползут вверх. — Я шучу, ты чего так напряглась? — добавляет она почти сразу же.

— Прости, — я трясу головой. Эмма толкает меня локтем и указывает на дорожный знак, перекрывающий дорогу. Мы подходим к нему, хватаемся с двух сторон и оттаскиваем прочь. — Просто … трудный день. Как и у всех в этом городе.

Эмма не произносит ничего. Лишь коротко кивает, отряхивает ладони, на которых, как и на моих, осталась пыль и грязь, и говорит:

— Сегодня вечером приходи к нам. Угощу тебя отличным бренди, заодно всё расскажешь. Правда, придётся терпеть компанию моих предков.

Эмма смеётся. До меня не сразу доходит, что она имеет в виду Мэри Маргарет и Дэвида. Точно, Эмма дочь Прекрасного Принца и Белоснежки

Спасительница — именно так написано в книге Генри.

— Договорились, — отвечаю я, улыбаясь.

Оставшееся время мы обследуем город молча, лишь иногда перекидываясь парой бессмысленных фраз.

***

— Мама? — Реджина непроизвольно встаёт с места, когда Кора входит в комнату. — Что тебе нужно?

Кора останавливается в двух шагах от стола, за которым сидит Реджина.

— Я волновалась, — Кора врёт. Ей не привыкать — она делает это непроизвольно, так, что сама начинает верить в свои слова. — Ты в порядке?

— Да, — коротко отвечает Реджина. В прошлый раз женщины не на шутку повздорили. Причина конфликта всё та же — Луиза. — Что вообще это было?

— Твоя дочь, — отвечает Кора.

Реджина делает глубокий вдох:

— О чём ты говоришь?

— О том, о чём ты, наверняка, догадывалась. Она такая же, как и мы. Непростой ребёнок. Особенный ребёнок.

Реджина пытается понять по лицу матери, о чём та умалчивает.

— Она владеет магией?

— Она владеет чем-то намного большим, чем магией, — отвечает Кора. Женщина подходит к дивану, стоящему слева, и присаживается на самый край, словно в любой момент готова подорваться с места. — Я тренировала её последние несколько дней.

— Так вот зачем ты тут, — Реджина прищуривается. — Ты решила использовать её для своей выгоды, как делала это со мной?

— Не неси ерунды, Реджина, — спокойно отвечает Кора. — Благодаря мне, ты стала королевой.

— Благодаря тебе, я потеряла родную дочь! — Реджина не замечает, как её голос срывается.

Кора вскидывает брови.

— Ты никогда не была мне благодарна, даже тогда, когда забыла о Луизе.

Реджина качает головой. Выпрямляет спину, поджимает губы в тонкую полоску, выходит со стола и направляется к выходу.

— У нас с тобой разные понятия о благодарности, мама, — выплёвывает она, а затем взмахивает руками и исчезает в фиолетовой дымке, окутывающей её со всех сторон.

***

За столом сидим я, Эмма и её родители (это действительно странно, ведь внешне все они, кажется, ровесники). Я сжимаю в руках стакан со светло-янтарным напитком. Во рту ещё чувствуется приятная горечь от предыдущего глотка.

— Ну? — начинает Эмма. Она сидит слева от меня, её стакан уже давно пуст. — Ты хотела кое-что рассказать.

— Да. — Я выдыхаю, делаю один большой глоток бренди, полностью осушая стакан, и со звоном ставлю его на стол. — Это … вы не поймите неправильно, я не хотела. Я даже не думала, что такое вообще возможно.

Дэвид, сидящий напротив, хмурит брови. Я непроизвольно отмечаю разницу между ним и Крюком — у Дэвида в глазах беспокойство за других. У Крюка — только за самого себя.

— Всё хорошо, — Мэри Маргарет мягко берёт меня за руку. — Ты можешь нам доверять.

— Я знаю, — усмехаюсь я. — Читала сказки Генри. Вы, вроде как, с головы до ног положительные герои, не то, что я.

Перевожу взгляд на бутылку, стоящую недалеко от Эммы. Свон, не произнося ни слова, подхватывает её, откупоривает и подливает всем ещё по порции. Я со своей справляюсь сразу, остальные чего-то ждут.

— Лу, — тихо произносит Дэвид. — Скажи, что случилось?

— Тот смерч — это моя вина. Кора обучала меня контролю магии, которую, как оказалась, я уже давно умею создавать, и кое-что вышло из-под контроля …

Мэри Маргарет охает. Почему-то именно её реакция меня больше всего пугает: ни серьёзное лицо Дэвида, ни заинтересованный взгляд Эммы — только испуг Белоснежки.