— Я с вами, — подаёт голос Эмма. Повернувшись к Дэвиду, она добавляет: — Сегодня твоя очередь дежурить в участке.

Мужчина пожимает плечами, мол, чего не сделаешь ради любимой дочери. Тогда Эмма подхватывает меня под руку и ведёт на выход точно за Мэри Маргарет, уже исчезнувшей в коридоре.

***

Раньше мне никогда не приходилось смотреть, как другие стреляют. На охотах Таран пользовался лишь заточенным ножом, чтобы распотрошить небольшую тушку прямо на месте или срезать верёвочную ловушку, в которую угодил невнимательный кролик или дикая курица. Стрелков Рогатого короля мне посчастливилось не встретить, но я слышала, что равным в этом деле им не было.

Интересно, попадись они на моём пути тогда, когда у меня был мой волшебный лук с волшебными стрелами, кто бы вышел из схватки победителем?

Мэри Маргарет выпускает стрелы, одну за одной, и попадает точно в ветки деревьев, даже самые тонкие.

— Видишь, — весело произносит она, резко поворачиваясь в мою сторону. — Всё не так уж и сложно! Это как на езда на лошади: один раз научился, и уже теперь никогда не разучишься.

В лесу, где мы стоим, поразительно тихо. Это одна из тех его частей, которую едва тронул смерч — только прошёлся по самому краю, зацепив лишь несколько метров, расположенных ближе к эпицентру.

— Я не умею кататься на лошади, — спокойно отвечаю.
– Там, где я жила, лошади водились только у королевской семьи и их придворных.

Почти уверена, что прозвучало это как упрёк в сторону Мэри Маргарет, а точнее, той её жизни, когда она была Белоснежкой. Но она не обижается. Вместо этого слегка клонит голову в сторону и подбадривающе произносит:

— Если представится случай, я обязательно научу тебя кататься на лошади, Лу.

— Спасибо, наверное, — киваю я.

Мэри Маргарет снимает колчан с плеча и протягивает мне. Неуверенно, но я принимаю его. Эти стрелы длиннее и твёрже моих, и они не так хорошо ложатся на тетиву моего лука. Лишь с третьего раза мне удаётся подобрать правильное положение и наконец взять на прицел одно из близрастущих деревьев.

Выпущенная стрела разрывает воздух, но пролетает мимо ствола.

Не знаю, в чём конкретно проблема: в том, что я совсем потеряла навык, в том, что это не мои стрелы, или в том, что каждый раз мне кажется, будто бы я стреляю в мужчину, женщину и маленького мальчика, имён которых теперь не помню.

— Ну ничего, — Мэри Маргарет подходит ко мне и кладёт руку на плечо. — Попробуй ещё раз.

Когда она отходит обратно к Эмме, я делаю вторую попытку. И третью. И даже после шестой у меня не выходит.

Когда все стрелы не без моих усилий оказываются в кустах, я снимаю колчан и со злостью кидаю его на землю.

— Это бесполезно! Только зря потраченное время.

Лук летит на землю следом за колчаном.

— Лу, ты можешь начать сначала, — начинает Мэри Маргарет.

— Нет, Мэри Маргарет, — я качаю головой. — И именно в этом и есть главная проблема. — Я оборачиваюсь лицом к стоящим позади меня матери и дочери. Мне кажется, или они сделали небольшой шаг назад? — Не всё можно начать сначала.

Эмма осматривает меня, затем переводит взгляд на Мэри Маргарет и вскидывает брови.

— Мне одной кажется, или мы уже действительно говорим не о стрелковых навыках?

— Вы знаете, что тот смерч был моих рук дело …

— Лу, мы уже говорили об этом, и …

— Это ещё не самое плохое, Мэри Маргарет. В этот раз я, по крайней мере, никого не убила. — Я оборачиваюсь через плечо и гляжу на лук, лежащий земле. — В первый раз, когда гнев взял меня под свой контроль, я убила трёх человек. И, что самое страшное, я не сомневалась ни секунды, когда выпускала стрелу в голову маленького мальчика, который не сделал мне ничего плохого.

Беспокойство в глазах Мэри Маргарет сменяется ужасом. Она хватает Эмму за локоть, словно пытается защитить от меня.

И я её в этом не виню. Сама бы от себя старалась держаться подальше, если бы это было возможно.

— Не давай прошлому определять себя, Лу, — спокойно произносит Эмма. Я так и знала — она осведомлена о моей истории благодаря Генри. — Посмотри хотя бы на свою мать. — Я бросаю на Эмму укоризненный взгляд, и она тут же исправляется: — Реджину! Прости … Реджину. Она была Злой Королевой, но сейчас …

— Она притащила Тарана из Придейна, пытала его и вырвала сердце, — говорит Мэри Маргарет.

— А вот это ещё доказать надо, — возражает Эмма.

Они переглядываются между собой. Мэри Маргарет, которая не понаслышке знает, что значит быть проклятой самой Злой Королевой, кажется, больше поддерживает мою точку зрения, чем точку зрения собственной дочери. Однако я вижу противостояние, отражённое на её лице. Она хочет, чтобы слова Эммы оказались правдой.

– Я провела кое-какое расследование, — продолжает Эмма. Она просовывает большой палец право руки в шлёвку на джинсах. — Вообще-то, вместе с Дэвидом.