========== Глава 3 ==========

Я сажусь на ближайшую скамейку. Голова раскалывается, а бок пронзает оглушительная боль. Идет уже третий час тренировок с момента, как мы пришли из столовой. Моя нога дергается. Нервный тик, так сказать. Я прикладываю руку к больному месту. Чуть ниже ребер. Неприятное ноющее чувство охватывает всю спину, включая и область около верхних ребер.

Сердце бешено настукивает только ему понятный ритм. Мое дыхание учащается и сбивается, а голова продолжает ныть. Я сжимаю кулаки, от чего костяшки пальцев белеют, челюсть непроизвольно сжимается, зубы скрипят, ерзая туда-сюда.

Никогда еще мне не было так плохо. В районе сердца начинает колоть. Это настолько больно, что я со всей дури сжимаю плоть своей ноги в надежде заглушить эту адскую боль. Я не могу нормально дышать, я задыхаюсь. Я разжимаю кисти и поджимаю под себя ноги, обхватывая их руками.

Утыкаюсь носом в свои колени. Новая вспышка боли проходит быстро, но начинается неожиданно. Я тихонько взвываю, пытаясь не привлекать к себе внимание. Но как же мне хочется просто заорать на весь зал, хочется сорвать голос, разбить себе в кровь костяшки, лишь бы никогда не чувствовать это. Моя спина неестественно выгнута, но мне как-то все равно.

Сжимаю ткань своей футболки и в очередной раз издаю протяжный стон. Получилось слишком громко, но никто не подходит. Я зажмуриваю глаза, и из них текут прозрачные слезы в направлении вниз к подбородку. На губы попадает немного соленой жидкости. Я облизываю обе губы и со всей дури закусываю нижнюю губу. Металлический привкус крови не останавливает меня, и я щипаю свои бедра так, что остаются красные следы.

Последняя вспышка приходит ко мне с новой силой и не уходит вовсе. Мои опухшие серые глаза смотрят вдаль и видят фигуру, идущую ко мне. Медленно так, вальяжно, будто это Эрик.

Твою мать.

Я смахиваю слезы с лица, одновременно утирая их краем футболки. В груди начинает бешено колоть, а сердце бьется со скоростью света. Я облизываю губы, изнутри прикусывая щеку. Я не хочу, чтобы он видел меня такой. Растерянной, побитой и беспомощной.

Последнее время меня не беспокоила боль, но теперь, наверное, уже поздно. Такое случалось не часто, но и не редко. Я на грани. Грани между жизнью и смертью. Голова неприятно болит, как укол болезненным антибиотиком, не сильно разбавленным физраствором.

Эрик приближается, теперь своими опухшими глазами я могу видеть его лицо. Он несомненно красив. Одет так же, как и в первый мой день. Его бровь выгибается, когда его взгляд блуждает по моему телу. Наверняка заметил, что у меня на ногах новые синяки, губа искусана, а лицо исказила гримаса боли.

Он подходит ко мне, а его тень накрывает меня полностью. Его лицо стало злым. Не алчным, не ехидным, а именно злым. Он смотрит на меня так, что по телу бегут мурашки. Эрик замечает это и растягивает губы в коварной улыбке.

Вспышка боли накрывает меня, от чего я закрываю глаза и сжимаю лавку. Клянусь, готова разорвать ее на куски, а из них сделать гроб для этого идиота. Мои костяшки уже не белые, а полуголубые. Боль настолько ярая, что хочется кричать, а вместо этого я издаю всхлип.

— Вставай, — очень серьезным голосом говорит Эрик.

Если бы он кричал, я бы меньше напугалась, чем сейчас.

— Я… — мой голос хрипит, а из уст рвется стон, — Я… не могу…

— Вставай! Прохлаждаться будешь потом. А сейчас к груше. Бегом! — он нахмурился и пристально смотрит на меня. Прямо в глаза, полные боли и разочарования.

— Боль-но… — всхлипываю я.

— Мне по барабану, как тебе. Я не собираюсь весь день тут торчать, поднимайся. Живо.

— Я не могу. Не могу. Не могу, — прикрикиваю я, — Сколько раз мне нужно повторить, чтобы ты понял?

Он грубо дергает меня за плечо, от чего я повалилась на пол. Мое тело меня не слушается, а сердце рвется на куски.

— Эрик! Пожалуйста. Прошу тебя, — я немного успокоилась, но боль не утихает.

Я приподнялась, опираясь на скамью. Парень берет меня за локоть и ведет к центру зала.

— На ринг. Хью и Эллен. Живо, — кричит парень Четыре.

Меня против моей же воли запихивают на белый мат, огражденный веревками. Я осмотрелась. Кроме меня, Эрика и Четыре здесь все: и переходники, и рожденные. С чего это так? Когда я шла с обеда были только переходники. В последнем ряду стоит Дэвид. Боже. За что мне это?

Я ненавижу свою жизнь здесь так же, как и жизнь в Дружелюбии.

Теперь я понимаю всю серьезность происходящего: я буду драться. Я слышу восторженные возгласы к парню, стоящему в пяти метрах от меня. У него темно-синие волосы и накачанное тело. Он выше меня раза в полтора, если не больше. Он поднимается ко мне и злобно сверлит взглядом. И тут Эрик орет: