Шрифт:
– Черт, да ты действительно ничего не понимаешь в футболе, верно? – Он был реально поражен. Это было видно по его лицу.
– Верно. И не особо хочу, без обид. Мне это не интересно. Спорт и я несовместимы.
Скрежетая по красной напольной плитке, Роум пододвинул кресло поближе ко мне и, опершись на руку, заглянул мне в лицо.
– Мне нравится, что ты ничего не смыслишь в футболе. Для разнообразия будет с кем поговорить о чем-то, кроме блиц-защиты и расположения игроков на поле.
– А?..
– Мне нравится, что ты и понятия не имеешь, о чем я говорю, – размышлял он.
– Рада услужить.
Немного расслабившись, Роум потянулся за новой парой пива, открыл одну бутылку о край стола и передал ее мне, затем открыл вторую, и в это время его босые ноги коснулись моих.
Даже от этого мимолетного прикосновения у меня перехватило дыхание.
– Итак, Шекспир, в чем твой секрет? Я так понимаю, ты башковитая, если уже работаешь над кандидатской и пару лет ассистируешь профессору Росс. На самом деле, я думаю, ты просто охренительна, раз она притащила тебя в Алабаму с другого конца света.
Я поерзала от дискомфорта и уставилась на стол.
– Ну да. Что-то типа того.
– Не любишь говорить о том, как ты успешна в учебе, да? – заинтриговано спросил он.
– Не сильно. Как-то неловко рассказывать о том, как ты в чем-то хорош. По-моему, странно, когда кому-то нравится подобное внимание.
– Значит, между нами есть кое-что общее, – произнес он радостно и… удивленно.
Я накрыла его руку своей и прошептала:
– И еще наши эпические шекспировские имена.
Он сжал мою руку и, наблюдая за моей реакцией, понимающе улыбнулся.
– Да, и это тоже.
– Роум? Роум? Кто-нибудь видел Роума? Куда он делся?
Шелли.
Роум зарычал и обхватил голову руками. Я допила свое пиво и отодвинула кресло на место. Моя тревога резко возросла.
Мне нужно уходить.
Роум с огорченным видом быстро поднял голову.
– Куда-то собралась?
Я заглянула через перила балкона и увидела, как Лекси, Кэсс и Элли болтали и смеялись на траве. Я должна быть с ними, а не с Роумом. Шелли шаталась по газону, очевидно, в поисках Роума. Она была в стельку.
Я указала вниз.
– Ты не собираешься к ней подойти? Кажется, она сильно перебрала.
– Я что, долбанутый?! Она просто хочет трахнуться. Ничего, переспит с кем-нибудь другим.
– Усади свою задницу обратно, Шекспир, и выпей еще пивка со своим самым трагическим персонажем. Ты не уйдешь от меня сейчас, – толкнув кресло ко мне, приказал он.
Взгляд Роума требовал подчинения, и я, игриво закатив глаза в ответ, взяла еще пива и села на место.
– Если не перестану пить, то так же скоро буду мотаться по газону. Хочешь, чтобы и я выкрикивала твое имя?
Роум облизнул нижнюю губу, и я невольно повторила его действие.
– С каждой секундой это звучит все более заманчиво.
Я не знала, что на это ответить.
Заметив мое смущение, он явно был доволен, но сменил тему:
– Значит, ты вступила в сестринство?
– Ага, и Элли хочет, чтобы мы переехали сюда, с Лекси и Кэсс, конечно же. Вообще-то, это не совсем мое, но я очень стараюсь влиться в студенческую жизнь.
Он улыбнулся.
– Ты разговаривала с Элли?
– Да. После того, как ты… вышел… из комнаты… после того, как мы… эм…
– Поцеловались, – снова подсказал он, но на этот раз его глаза затуманились, сконцентрировавшись на моих губах, а голос прозвучал хрипло.
– Эмм, да. Ну, Шелли орала, чтобы я уходила, а Элли вступилась за меня и фактически послала Шелли.
Он прошелся рукой по пепельным волосам и тихонько рассмеялся.
– Она не самая большая поклонница Шелли. Эл классная. Она будет тебе хорошим другом здесь. Она моя кузина и лучший друг. Поэтому у меня есть запасной ключ от этой комнаты, на случай когда снаружи начинается дурдом.
Он указал за спину на толпу студентов.
– Похоже, она славная.
– Она лучшая. – Он откинулся назад и заложил руки за голову. – Ну, Шекспир, где же ты жила в Англии? Только не говори, что в Стратфорде-на-Эйвоне4, иначе я отправлюсь в психушку проверяться.
– Нет, и даже близко не там. Я из Дарема, – хихикая, ответила я.
Он задумчиво выпятил нижнюю губу.
– Никогда о нем не слышал.
– Ты смотрел «Билли Эллиота»? – спросила я, пытаясь найти подсказку.