– Я прощен?

У меня перехватило дыхание, и я прижалась своим лбом к его.

– Я твоя. Не беспокойся.

Волна облегчения прокатилась по его лицу, он кивнул и обрушился на мои губы в жарком поцелуе.

Мы направились к уединенному столику и присоединились к друзьям. Через минуту миниатюрная белокурая официантка подошла принять у нас заказ. И с этого момента она ни разу не отвела своих зеленых глаз от Роума. Мне следовало этого ожидать. Он всегда притягивал людей – то ли своей прекрасной внешностью, то ли тем, что играл за «Тайд». Но эта девушка вела себя иначе, она смотрела на него так, будто знала его… интимно.

Роум явно игнорировал постоянное внимание официантки, и после того как мы заказали несколько бутылок пива, я расслабилась и наконец-то смогла рассмотреть клуб. Здесь была масса трущихся друг о друга движущихся тел. Мужчины с энтузиазмом раскручивали своих партнерш на танцполе – я предположила, что это и есть тустеп. Весьма занимательно.

Принеся наши напитки, официантка задержалась возле Роума, и на сей раз я поняла, что мои опасения оправданы. Он игнорировал ее, но она влезла прямо перед ним, выпятив свою большую искусственную грудь, и пропела:

– Привет, Пуля, как поживаешь?

Я тут же нахмурилась и повернулась к Роуму, который резко застыл.

– Нам больше ничего не нужно, – холодно ответил он.

Грудастая блондинка в непристойно коротком черном платье проигнорировала его слова и облокотилась на стол, подперев руками свое внушительное декольте.

– Ты мне так и не позвонил после той ночи.

Я напряглась, и Ромео крепче прижал меня к своей груди, абсолютно правильно предполагая, что я уже собиралась сбежать от этой неудобной сцены. Мне одновременно хотелось и сбежать, и поддаться гневу, разливающемуся по моему телу.

– Я и не собирался. Скажу еще раз… Нам больше ничего не нужно. – Он немного наклонился вперед. – Если тебе нужен ответ попроще… отвали.

Лицо девушки тут же исказилось, и она прошипела:

– Я слышала сплетни, что ты теперь под каблуком – пустая трата хорошего члена. – Она посмотрела на меня и рассмеялась. – А что до этой. Должно быть, она трахается лучше, чем выглядит в этом платье. – Она резко выпрямилась и, виляя бедрами, смешалась с толпой. Я сжала кулаки так, что ногти впились в ладони.

Элли глянула на Роума и недовольно покачала головой. Я не могла ни на кого смотреть. Я выкрутилась из его объятий. Ромео попытался удержать меня, но мне удалось отодвинуться на край дивана.

– Мне нужно в туалет, – выпалила я.

Ромео подался вперед – выражение его лица было жестким – и пригрозил:

– Не смей сбегать, только не после всего сказанного тобой.

Я шикнула на него, на что он плотно сжал губы. Не привык, чтобы его прерывали, и я точно знала, это его раздражает.

– Я иду в туалет! – отрезала я и увидела, как выражение его лица становится жестче. Глаза сузились от моего резкого тона, но я, наплевав на это, отбросила волосы назад и ушла.

– Молли, подожди! – Услышала я окрик Элли, но не остановилась.

Я уже почти дошла до туалета, когда меня схватили за руку и потянули назад. Я не поддалась и выдернула руку, Ромео обошел меня и гневно посмотрел мне в глаза.

Он зло рыкнул, снова взял меня за руку и потащил в пустой коридор, по пути проверяя закрыты ли двери. Когда одна открылась – в кладовую, – он затянул меня внутрь, включил свет, запер замок и, уперев руки в боки, повернулся ко мне.

– Я трахнул ее один раз. В прошлом году. И на этом все. Не нужно из-за этого расстраиваться и уж точно, бля, не следует сбегать.

Я сердито посмотрела на него.

– Ну уж прости, если я не в восторге от того, что твои шлюшки-трофеи тычут мне свои прелести в лицо!

Ноздри Ромео раздулись, и он подошел ближе.

– Ты хочешь знать все о моем сексуальном прошлом? Все грязные подробности? Отлично! Я оттрахал кучу девок, по-разному, в разных местах. Они сами на меня вешались, а я давал им то, чего они хотели, и они были в охренительном восторге.

Не успев понять, что происходит, я ударила его по лицу, громкий шлепок отозвался эхом в маленькой комнатушке.

Кровь бешено неслась по моим венам, грудь часто вздымалась. Лицо Роума приобрело темно-фиолетовый оттенок.

– Довольна? Успокоилась наконец? – резко спросил он, потирая рукой щеку.

К глазам подступили слезы. Я не хотела его бить, раньше никто не пробуждал во мне таких эмоций. Меня буквально трясло от внезапного прилива адреналина.

Ромео прислонился к противоположной стене и опустил голову.