– Пять минут. Присмотрите за ними.

В этот раз кивают они. Слова, видимо, не так уж и нужны для общения, как я пытаются доказать.

Я тоже вздыхаю. И, встав с дивана, иду к Джерому. Присаживаюсь рядом с ним, привлекая к себе.

– Мама, ярко! – маленький пальчик, появляясь перед носом, указывает на очередную взлётно-посадочную полосу.

– Ярко, - подтверждаю, покрепче его обняв, - ты считаешь их?

– Десять, - произносит тихий голосок. Ласковый и нежный, мой любимый.

Все больше слов! Больше с каждым днем! Не удивлюсь, если совсем скоро он будет говорить дни и ночи напролет, как и все дети. Только больше. Больше, быстрее, лучше… за столько времени молчания ему явно захочется вдоволь выговориться. И мы с Эдвардом с удовольствием все выслушаем.

– Мама, - Джером снова привлекает мое внимание. Пытается произнести что-то, но голос упрямо не желает подчиняться. Его личико супится, губки расстроенно поджимаются. Победа – поражение. Пока так.

– Я пойму все, что ты захочешь сказать, даже если не слышно, - успокаиваю его, чмокнув щеку, - повтори, пожалуйста.

Недоверчиво взглянув на меня, шмыгнув носом, он все ещё с грустным видом, но уже немного ободренный, когда знает, что слова – не обязательное условие быть понятным, повторяет. По чьим – чьим, а по его губам я читать давно научилась. Тем более, Джерри очень старается.

– Конечно, - отвечаю на немой вопрос, поднимаясь и протягивая ему руку, - пойдем.

Но как только приближаемся к нужной двери – судя по надписи сверху вполне понятно, куда она ведет – один из необъятных телохранителей материализуется рядом.

Молча открывает дверь, готовясь следом за нами войти внутрь.

– Мы можем сами? – с каплей раздражения интересуюсь, замечая, что с уходом Джаспера переданные им эмоции почти сошли на нет, а вот волнение вернулось. Так ещё и эти двое намереваются ходить с нами даже в уборную!

– Нет, мисс.

– Это же туалет?..
– не унимаюсь я.

Кайл, судя по всему, медлит. Оглядывается на напарника, безмолвно с ним советуясь. Дверь все ещё заслоняет.

– Там проверено, - в конце концов оглашает вердикт Эммет своим низким голосом, - пусть идут.

И на этом спасибо.

– Здесь мокро, осторожно, - у самого входа обнаруживается небольшая лужица. Вполне неплохое условие, дабы разбить что-нибудь, поцеловав кафель. Я перевожу через неё Джерома, отпуская его ладошку только тогда, когда уверена, что он не поскользнётся. Аккуратно, помня свою неуклюжесть, ступаю следом.

На удивление никаких форс-мажоров. Кажется, моя неудачливость сегодня заснула.

В светлой комнате пять кабинок. Все серые, блестящие от яркого света ламп. И умывальники слева – бело-голубые, к которым я и подхожу.

– Я подожду тебя тут, - говорю Джерри, помня, что подобные вещи он привык делать самостоятельно, - иди.

И малыш идет. Первые три кабинки оказываются закрыты. Зато четвертая поддается.

Я оборачиваюсь к зеркалам, поправляя волосы. Отражающееся в его поверхности лицо почему-то горит, а ладони становятся мокрыми. В звенящей тишине туалета мне не по себе. Яркая плитка начинает рябить в глазах, а сердце, как только за Джеромом закрывается дверь кабинки, бьется чаще.

Какое-то до ужаса неприятное, едва ли не болезненное ощущение неприятности наваливается подобно неподъемному камню. Душит, пригибая к земле.

Мне хочется поскорее отсюда убраться, пусть подобное, в принципе, и кажется нелогичным.

Боже мой, это туалет. Просто туалет. Я схожу с ума от нетерпения увидеть своего Барона, вот и все. Но ещё один подобный раз не выдержу – теперь однозначно не отпущу. Иначе приедет он потом к шизофреничке…

Минута… две…

Успокаиваюсь. Ну конечно, конечно глупости… ну ты даешь, Белла!

Я умываюсь. Вода щедро дает ту необходимую прохладу, от которой мне становится легче. Все-таки холод - это не всегда плохо.

Ну вот, так лучше.

– Джером, - снова переступая ту самую лужицу, следую к выбранной им кабинке, - все в порядке? Тебе нужна моя помощь?

Не знаю, зачем спрашиваю, но почему-то все же делаю это. Обычно ему не требовалось больше трех минут…

За три шага до своей цели останавливаюсь. Серая отполированная дверца открывается, едва слышно скрипнув.

– Готов? Пойдем, - протягиваю руку навстречу белокурому ангелочку, но вместе крохотной ладошки, нежной, теплой и ожидаемой, получаю другую. Взрослую руку получаю.