– Не кричи на мать! Я тебе только хорошего желаю. Где ты себе еще мужа найдешь? За танцоришку что ли какого-нибудь замуж пойдешь? Ну, до тридцати-тридцати пяти вы еще попляшете, а потом? Чем ты потом на жизнь зарабатывать будешь? А за Грегори – как за каменной стеной, всегда будешь при деньгах, - мудро изрекает мама. – Любовь, она в юности самое главное, а повзрослеешь и проблемы посерьезнее будут!

Я закрываю лицо руками, пытаясь уложить в голове все разлетевшиеся мысли и справиться с перегрузом информации.

– Как вы его заставили, а? – спрашиваю с любопытством, уперев руки в бока.

– Пф! Вот еще, заставили! – возмущается мать. – Просто сходили один раз на твой концерт и тебя показали. Ты у меня, все-таки, красавица. Конечно, приглянулась ему. Да и танцуешь ты… недурно.

– Недурно… - тихо бормочу я. Вот она, оценка моей маменьки! Оказывается, танцую я всего лишь недурно!

– Ну, ведь у вас с Грегори все замечательно? – мама наконец глядит мне в глаза и счастливо улыбается. – Хотя, что сидеть тут? Пойдем куда-нибудь в хорошее место, выпьем по чашечке приличного кофе, а не эти помои, - она демонстративно резко ставит чашку на стол, так что несколько капель выплескивается на блюдце.

Мне так хочется вспылить и сказать ей в лицо, что я изменяю Грегу, и не с кем-нибудь, а с «танцоришкой» из своей труппы! О, Боже! Николас! Смотрю на настенные часы: мое время уже давно истекло, но мать меня точно так просто не отпустит.

– Так, я завтра вечером улетаю обратно в Лос-Анджелес, так что имею полное право оккупировать тебя до конца выходных, тем более, что ты, очевидно, свободна.

Натянуто улыбаюсь. Она моя мать, как никак…

Пока такси везет нас в центр города, незаметно набираю сообщение:

«Моя мать приехала. Не смогу вернуться, прости».

Жду призывного звоночка, но в ответ мне лишь тишина…

***

– Ты трахаешься с Ником?

Этот вопрос обрушивается на меня, как снег на голову, во время перерыва. Я аж водой давлюсь.

– Чего?! – округленными глазами смотрю на Лиз, которой удалось выбить меня из привычной колеи. И не то, что бы я такая хорошая лгунья и могу разыграть нужную реакцию экспромтом, просто откуда она могла узнать? Неужели, Николас растрепал?

– Я спросила, трахаешься ли ты с Ником, - удовлетворенная моим удивлением, Лиз опускается на пол подле меня.

– Совсем с ума сошла, - успокаиваюсь я, возвращая на лицо привычную маску безразличия, и заглатываю еще пол литра воды.

– Ну, кто из нас с ума сошел, это еще вопрос, - ухмыляется Лиз, переводя взгляд от меня к Николасу. – У тебя же вроде и парень есть, да такой, какие на дороге не валяются, а ты…

Я уже не слушаю ее и смотрю прямо на прохвоста. Он весел и болтлив, как всегда. Но только не со мной. С самого утра Николас не сказал мне ни слова, касающегося наших личных отношений. Сообщения, кстати говоря, я от него тоже не получила. В танце он был холоден, резок, даже слишком, что Лазаль осадил его. К сожалению или к счастью, это мало чем помогло. В тот момент я поймала себя на постыдной мысли, что боюсь Николаса. Да-да, мне страшно, когда он сжимает меня своими мощными руками, по сравнению с которыми я – тростинка. Ведь меня так просто сломать…

Его взгляд замирает на мне и сразу становится серьезным. Дрожь прокатывается по всему телу. Это… не описать словами… Он пугает меня, и вместе с тем… мне нравится будоражащее ощущение страха.

– Вив! – окликивает меня уже вставшая с пола Лиз. – Ты только не забывай, что Ник не ищет длительных отношений: поиграется, надоест и до свидания, - заканчивает она загадочным голосом. – Не совершай чужих ошибок.

Поиграется… Кто с кем? – вот в чем вопрос. Мы смотрим друг на друга, и напряжение нарастает.

– Так! – Лазаль призывно хлопает в ладоши. – Закончили отдыхать! Продолжаем! Вторая минута…

***

Вечером я измотана. Скорее эмоционально, чем физически. Мысли весь день не давали покоя. А еще материальное напоминание о них, чуть не сломавшее мне руку в поддержке и холодно пробормотавшее «Прости». Каков подонок!

Спускаясь по ступеням театра, я разминаю кисть.

– Вив! – Грег с улыбкой машет мне шикарным букетом.

– Привет… - удивленно протягиваю я, забирая цветы. – Ты когда вернулся? – спрашиваю, невесомо целуя его в щеку.

– Утром. Пытался тебя застать, но, увы! Привет, Ник, - по-хозяйски обняв меня за талию, мой статный мужчина кивает в момент ставшему угрюмым прохвосту.

Он только кивает и тяжело смотрит на Грега.

– Подвезти тебя? – спокойно интересуется он, прижимая меня ближе.

– Сам доберусь, - хмуро бурчит под нос Николас и отправляется в сторону метро.

– У него что, кто-то умер? – опасливо спрашивает мой статный мужчина.

Я молчу. Потому что, кажется, знаю, кто.

– Ну, поехали домой! – улыбается Грег, быстро забыв о прохвосте. – Я так соскучился, - шепотом добавляет он, сдвинув шарф и целуя меня в шею.