Гарри радовался победе. Они все же смогли одолеть великого волшебника, и Дамблдор пообещал, что не станет приносить с собой лимонные дольки, которые почему-то сильно пугали Северуса. Наверное, это действительно что-то ужасное, подумал Гарри, наблюдая, как кривится профессор, провожая директора. Камин решили все же разблокировать.

– А знаешь, - сказал Снейп, садясь рядом с Гарри на обновленный диван, который играл для них роль баррикады, - ему идет красное платье.

Гарри понял, что, оказывается, умеет плакать от смеха.

***

Ближе к вечеру Северус предложил устроить небольшую прогулку и Гарри с радостью согласился. Маг считал, что нужно было показать мальчику окрестности, на тот случай, если Гарри захочет однажды прогуляться один. Снейп вел мальчика только по самым светлым улицам, где было больше всего магазинов и кафе, и под конец решил показать ему небольшой городской парк.

Гарри все время вел себя тихо, без особого интереса разглядывая дома и людей, и ни на миг не отпускал руку Северуса.

«Так нужно», - упрямо твердил мальчик, еще крепче цепляясь за руку зельевара, когда тот хотел отпустить мальчика пройтись вперед. Снейп только хмурился, но не спорил. Он считал, что Гарри просто боится отходить от него, не понимая, что совсем не это пугало ребенка.

Маленький волшебник впервые чувствовал себя счастливым, и он боялся потерять это счастье. С появления этого странного мага в его жизни начались удивительные перемены, которых с каждым днем становилось все больше. Семья. Наверное, так это называется, когда сильно кого-то любишь, когда нужен кому-то, когда о тебе заботятся, и ты сам хочешь заботиться в ответ. Истинное сокровище, которое нельзя приобрести ни за какие деньги мира, а можно отыскать только в своем сердце - вот что значит найти близкого тебе человека.

Когда Снейп привел своего маленького подопечного на детскую площадку, мальчик отказывался идти играть с другими детьми, отворачивался и дулся, пока маг не сдался. Пришлось Северусу признать, что Гарри еще не скоро забудет все ужасы своего пребывания у Дурслей и начнет доверять людям, а стирать память ребенку в столь раннем детстве, когда нет других воспоминаний, способных заполнить пустоту – губительно.

Профессор тяжело вздохнул и погладил мальчика по голове. Он решил, что не будет давить на него, полагая, что рано или поздно тот сам ко всему придет. Время лечит. Сегодня он уже видел, как Гарри от души смеялся, а значит придет время и для новых знакомств. Смог же этот ребенок привыкнуть к нему, к самому Северусу Снейпу.

– Ты особенный, Гарри, - сказал Снейп и усмехнулся. Ему вдруг подумалось, что встреть он мальчика при других условиях, то, скорее всего, Поттеру бы дорого стоила эта его «особенность».

«Северус! Вы тоже особенный… никто больше».

И покраснел. Гарри вцепился в руку Снейпа, пряча горящее лицо, чувствуя, как слезы подступают и першит в горле, но только сильнее стиснул губы и помотал головой, когда мужчина присел на корточки и попытался заглянуть ему в глаза.

– Посмотри на меня, малыш. Не бойся. Ну, что такое?

«Ничего. Все хорошо. Может, вернемся домой?»

– Как скажешь. Правда, все в порядке?

Гарри обижено запыхтел, показывая, что второй раз на такой простой вопрос отвечать не намерен. Снейп хмыкнул и поднялся, снова взял Гарри за руку и направился к выходу из парка. Оставаться в этом месте больше не было смысла.

– Сегодня ты будешь читать книгу сам, а я буду слушать, - сообщил маг, посмотрев на мальчика. Гарри кивнул и поправил пальчиком очки – к бою готов.

Лишь когда они подошли к дому, Гарри, наконец, отпустил руку Северуса. На пороге их встретил Вуди, который сообщил, что волшебники прибыли как раз к ужину и он сейчас же накроет на стол. Северус и Гарри переглянулись. Только сейчас оба поняли, что сильно проголодались. Вот уж точно «нагуляли аппетит».

Уютный вечер, вкусный ужин, приятное чтение перед сном и поцелуй на ночь – хорошее завершение чудесного дня. Гарри улыбнулся, когда Снейп привычно чмокнул его в макушку, укладывая в кровать и накрывая одеялом.

– Спи, Поттер, - устало сказал Снейп, когда увидел эту довольную улыбку.

Мальчишка хмыкнул, резко сел и протянул к магу ручки. Северус тяжело вздохнул и, делая вид, что все эти нежности его не касаются, и он идет на это только по доброте душевной, наклонился к мальчику, позволяя себя обнять. Малыш зажмурился от удовольствия, прижимаясь к своему дорогому профессору, наслаждаясь такой краткой близостью.

«Люблю Северуса».

Тихие слова заставили мужчину вздрогнуть от неожиданности. Он заключил мальчика в объятья и уткнулся носом в его волосы, повторяя их про себя и не веря, что Гарри позволил ему услышать их. Любит. Это чудо в его руках его любит! И в груди вдруг стало очень тепло и сладко.

– Я тоже, Гарри, - прошептал он, - я тоже.

И малыш сильнее вцепился в рубашку Снейпа, утыкаясь мокрым от слез личиком в его грудь и надрывно плача. От счастья. От облегчения. От любви. Ему еще никто и никогда не говорил этого. Как же, оказывается, нужны ему были эти слова! Не важно, что было раньше, как он жил и что ему приходилось терпеть – это все в том далеком прошлом, когда не было Северуса. Серое размытое грязное пятно воспоминаний, которое становится все более блеклым на фоне дней, что он проводит с зельеваром.