Алинор, скинув свою перчатку, рассекла кинжалом свою ладонь, немного подождала, чтобы ее кровь начала течь из раны, затем, она сжала руку в кулак и, удерживая на весу, расположила над Степиной ладонью. Кровь, сначала по одной капле, потом быстрее, потекла в Степину ладонь, смешиваясь с его кровью. Девушка, контролируя падение капель, начала произносить свою часть клятвы.

– Я, Алинор, принцесса Великого дома Т ' эй Ли-Нор, согласна принять службу этого хуманоса, Штепана Горобцова, дозволяю ему, стать моим " ванруу аллуур саргтлин", дозволяю ему следовать за мной в бою и походе, защищать мою спину в сражении, дозволяю ему без страха выступать на защиту моей чести. Я клянусь, содержать этого хуманоса за свой счёт, кормить, снабжать одеждой и обувью, покупать оружие и доспех. Я оставляю за собой право разорвать клятву, если его служба, окажется, мне не нужна. Клятва, может считаться расторгнутой в случае моей смерти и после соответствующего ритуала погребения моего тела. Если данный хуманос, словом и делом или каким-нибудь действием захочет нанести мне вред, или откажется выполнять мой приказ, то пусть, его же кровь, накажет этого хуманоса! Да будет так!

Их смешанная кровь, взлетела вверх с ладони Степана красным шариком и зависла между ним и девушкой. Этот красный шарик, на глазах изумленного Степана, превратился в окружность с узорчатой паутиной внутри и начал быстро вращаться. Скорость вращения возрастала и вдруг, капля разлетелась мелкими брызгами и все закончилось.

– Клятва свершилась!
– Торжественно сказала Алинор, затем, залечила магией, свою ладонь, потом Степану, разрезала путы и вернулась к костру.

– Вставай хуманос, собирайся в дорогу, нужно к вечеру дойти до трактира и это приказ!

– Да пошла ты... Тебе надо, ты и топай, а я, лучше в другую сторону пойду, подальше от тебя!
– Угрюмо произнёс Степан, потирая свои запястья. Он сейчас, злился на себя, за то, что пошёл с ней, вчера. Злился он и на эльфийку, за то, что смогла вырубить его, ударом по затылку и связать, беспомощного. Он решил, что с такой шизанутой девицей, ему точно не по пути, а в какую-то клятву он не поверил. Ну, подумаешь, он сказал, она сказала какие-то слова, кровь летать начала, ну и что такого, это же магический мир, тут, по желанию мага и бревно полетит.

Алинор, посмотрела на него как на глупца, затем пожала плечами и произнесла: - Хорошо, как скажешь, дело твоё! Она, надела свой ранец за спину, мешок с продуктами повесила на плечо и ушла с поляны, даже не посмотрев на парня. Степа с недоумением смотрел, как эльфийка исчезает среди кустов. После недавних событий, ему почему-то не верилось, что его вот так просто отпустят, зачем тогда все эти действия? Ой, неспроста это, такое поведение, ой неспроста! Минуты через три, его скрутил спазм, по всему телу прокатилась боль. Он увидел, как вены на руках вздулись, в ушах начало шуметь, а голова, болеть от сильной мигрени. Головная боль оказалась очень сильной, Степа схватился руками за свои виски и упал на землю. Парень катался по земле и выл от боли, не понимая, что с ним происходит. Наконец, боль начала стихать, а Степа, увидел перед собой эльфийку.

– Ну, убедился, что клятва работает? Дурачек, я же тебе приказала идти за мной, а ты не захотел, вот тебя твоя кровь и наказала. Так что, вставай и пошли, я и так, много времени потеряла, пока с тобой возилась.

Степа, с кряхтением поднялся, взял свой мешок и пошел за эльфийкой, в который раз, за эти два дня, проклиная судьбу. День разгорался, оживали птицы и чирикали на весь лес, радуясь солнечному дню, начал свою работу дятел, оповестив об этом, своей трелью. Нос щекотали запахи мокрой травы, еловой хвои и каких-то цветов. Опять, как и вчера, перед Степой, маячила спина эльфийки и её соблазнительный зад, но глядя на них, он уже не думал о красоте этой девчонки. Его волновало собственное будущее, он, сейчас, пытался найти способы соскочить с этого крючка, но чертова девчонка не оставила ему ни каких шансов. Степино воображение успело нарисовать ему картины беспросветного рабства. Ему ничего не оставалось, как только ругаться, большего парень ничего придумать не смог

Так они прошли около трёх часов. Степа, по своим, внутренним часам прикинул, что время подходит к десяти, как неожиданно Алинор остановилась. Она вскинула руку, призывая парня к вниманию, затем, продолжая всматриваться вперёд, махнула ладонью Степе, чтобы подошёл. Тот, поняв, происходит нечто незапланированное, крадучись приблизился к ней.

– Впереди засада!
– Не поворачивая головы, одними губами, прошептала Алинор.
– Трое хуманосов, один из них на дереве, наверное, стрелок.

– Как ты, их смогла разглядеть, я никого не вижу?

– У них всех, аура, как у тебя. В общем, так, идёшь дальше как обычный путник, когда тебя остановят, импровизируй, отвлекай на себя, можешь кого-нибудь убить. А я, тем временем, пойду по кустам, вдоль дороги и нападу сбоку. Все, вперёд!

Она подпихнула его в спину, а сама, скрылась в придорожных кустах и сделала это так не заметно, что на ее пути не хрустнула ни одна ветка, не зашуршали кусты. Степа, посмотрел ей в след и продолжил путь. Внутри его сердце учащенно билось, к злости добавился некий мандраж, ему стало не по себе, ведь зная о засаде, он добровольно в неё шел. Он мысленно, ругался матом и бормотал: - Чёрт, вот как они тут живут, ведь, день только начался, а мы, уже дерьмо нашли!

Но, так или иначе, Степа чувствовал себя на взводе и, шагая по дороге, ожидал какую-нибудь стрелу, себе, в голову. Когда он уже прошёл поворот, то сбоку от него, вдруг зашуршали кусты, а на дорогу, вышли два индивида, и Степан, испытал облегчение: "На конец-то, началось!".

Перед ним стояли два типа, первый, низкорослый, широкоплечий мужик с рыжими, всколоченными волосами и короткой, неухоженной бородой, в старой, чуть ржавой кольчуге и мечем у пояса, он, смотрел на Степу, как-то даже приветливо и улыбался щербатым ртом. Второй, высокий, одетый во все кожаное: и куртка до бедер, штаны и высокие сапоги, смотрел на парня холодными глазами, как на пустое место.