В "Берлингер" его привозил личный водитель. Семья Юргес была известна в мире артефактики. Отец Ника начинал вместе с моим отцом, но потом основал собственную компанию. Они разошлись хорошими друзьями. Во всяком случае, так говорили.

– - Как дела?
– - спросил он, обращаясь ко мне так, словно мы были знакомы с детства.

– - Нормально. Ты что-то хотел?
– - Моё недоверие возросло во сто крат.

– - Хотел, -- кивнул он, придирчиво осмотрел мой обед и без запинки выдал: -- Давай поменяемся магами.

– - Чего?
– - Я сперва не поверила своим ушам.

Поняв, что природное обаяние не сработало, Ник принял профессиональную стойку и начал говорить так, словно вёл переговоры:

– - Вы за всё время с телепатом не ошиблись ни в одном плетении. Понимаю, тебе выгодно держать сильного мага при себе, но, поверь, мой филмаг тоже создаёт сильную энергию. Мы можем поделиться магами. Ради опыта, ну и в рейтинге поднимемся, -- пожал он плечами, словно речь шла о том, чтобы обменять макароны на колбасу.

– - Извини, но с рациомагами трудно наладить контакт. Не думаю, что ты справишься, -- пробормотала я, пытаясь придумать более достойную формулировку отказа.

– - За это можешь не переживать, мне нужен не контакт с твоим магом, а результат.

– - Прости, ты, видимо, не понял... Магов распределяют не просто так. Если Хуан Хи решит, что мне пора перейти к филмагу, я перейду, но пока буду работать с Корни.

Ник Юргес посмотрел на меня то ли удивлённо, то ли разочаровано.

– - Э-э... я не ошибся? Ты ведь Эрин Берлингер?
– - приподнял светлые брови парень.

– - Вроде того, -- хмуро буркнула.

– - То есть ты отказываешься обменяться магами?

– - Ты догадливый, -- кивнула я.

Он хмыкнул, ошарашено выдыхая воздух, и взглянул с недоумением:

– - Почему? Боишься, что филмаг тебе не по зубам?

Настала моя очередь ошарашено выдыхать.

– - Причём тут это? Слушай, не знаю, кто тебе вбил это в голову, но маги не игрушки. Их нельзя обменивать, когда тебе приспичит. Конечно, если Корни захочет поработать с тобой, я не буду возражать. Но не мне принимать это решение.

Во взгляде Ника появилась откровенная насмешка.

– - Ты что, дружишь со своим магом?

– - Я его уважаю.

– - Серьёзно? Поверить не могу, -- рассмеялся парень.

– - Понимаю, что тебе очень хочется поговорить, но мне нужно поесть. Скоро перерыв кончится.

– - И ты -- дочь Берлингера?
– - презрительно скривил губы он.
– - Это самое жалкое, что я видел в своей жизни.

Очень хотелось съязвить в ответ, но я мысленно призвала себя к спокойствию, решив, что на дибилов обижаться ниже моего достоинства.

– - Если ты закончил, то позволь мне поесть в одиночестве, пожалуйста.

– - Приятного аппетита, -- бросил он и поднялся, уходя прочь из столовой. Я некоторое время понаблюдала за его спиной, вздохнула и глотнула остывшего чая.

Странный тип.

Больше ко мне за столик никто не присаживался, поэтому я спокойно поела и вернулась на семнадцатый этаж.

– - Ты по...

– - Да, я пообедал, -- буркнул Корни, не желая выслушивать мою речь до конца.

– - И...

– - Да, готов.

– - Ладно, тогда продолжим, -- вздохнула я, плюхнулась на стул и принялась внимательно выуживать линии и прикреплять их к игольным ушкам.

– - Он тебя опасается, -- буркнул Корни спустя некоторое время. Я недоумённо приподняла голову и заметила, что парень внимательно на меня смотрит.

– - Кто?
– - посчитала нужным уточнить.

– - Ник Юргес. Его все маги недолюбливают. Он считает, что всю работу делает артефактник, а маг просто инструмент.

– - Да уж, я заметила.

– - Он сволочь, но выродок семейства Юргес, поэтому с ним многие общаются. Он уже несколько раз со стажёрами менялся магами.

– - Понятно, -- поморщилась я.

– - Я к тому, что... спасибо, -- делая вид, что ему срочно что-то понадобилось в своей сумке, выдавил из себя телепат.

"Спасибо, что не продала меня какому-то выскочке", -- наверное, это бы сказал нормальный человек, но Корни ограничился скромной благодарностью и уткнулся в видеофон. Я хмыкнула.

– - Не за что.

Какое-то время мы работали в тишине. Вернее, расплетала линии только я, а Корни игрался в видео игрушки. Внезапно он резко поднял голову и непонятным взглядом уставился на меня, одними губами прошептав: