Пока родители разговаривали с хозяйкой места, с опаской поглядывая в сторону возбуждённой писклявой толпы, Роза решительно залезла в недра второй машины и там же переоделась в более подходящую для улицы одежду. После чего подошла к женщине-эльфу и предупредила, что некоторое время будет занята. Мать ответить не успела - девочка просто испарилась, лишь где-то на задворках Тёплой Норы разок послышался новый счастливый вопль, утонувший в гаме других детских голосов.

В общем, Селена обрадовалась, когда на шум к ней вышли Хоста и Корунд, а за ними выскочили Мускари и Космея. Родители Розы (всё такие же возвышенно прекрасные и аристократически нерешительные, какими их запомнила Селена), обнаружив, что в Тёплой Норе появились и новые эльфы, кроме уже знакомых, более или менее успокоились, и их удалось без происшествий сопроводить к дому на улице напротив. В нём, как и в остальных пустующих пока домах, всегда поддерживался порядок, так что прислуге, людям, не пришлось долго готовить дом к проживанию в нём господ эльфов.

А через час, чтобы показать Розе на практике все прелести деревенской жизни, вооружённые скейтбордами и самокатами ясельники под надзором старших ребят, напрочь забыв о страшных Белостенных, отправились к Лесной изгороди, находившейся чуть на возвышении. И скоро целая лавина скейтбордистов и самокатчиков с победными криками понеслась по улице.

И Селена выдохнула спокойней, когда от новосёлов пришла женщина и с улыбкой сказала, что господам всё понравилось на новом месте, что они передают хозяйке места свою горячую благодарность за приют и что они не возражают против дружбы своей драгоценной дочери со здешними детьми.

Когда женщина ушла, Селена огляделась и поняла: на некоторое время её все оставили в покое. Стараясь быть ну очень незаметной, хозяйка места забрала корзину-колыбельку с младшим сыном и чуть не на цыпочках удалилась в сад, в домик, который, знала она, пока пустовал.

Пока удалялась, всё думала о том, что жизнь временами становится похожей на лоскутное одеяло: неизвестно, в какой момент перед глазами выскочит чёрный лоскут, а когда цветной и весёлый, в крапинку или в цветочек...

Дверь в садовый домик приоткрыла, чтобы свет входил в небольшое, без окон помещение, с порога пахнувшее богатейшими запахами сухих трав. Нашла кровать Коннора и выложила Стена из корзинки на одеяло. Перебрала игрушки, сделанные Микой и купленные в городе, выложила несколько штук перед младшеньким. Стен вроде как скептически оглядел богатое подношение, но схватил не ближайшую погремушку, а дальнюю - фигурку, похожую на робота. Мика придумал из остатков ненужных деталей. Правда, предполагалось одеть игрушку в какие-нибудь одёжки, но выяснилось, что Стен любит что-нибудь откручивать. Как сейчас. Сел, упираясь спиной в подушку, и принялся крутить в разные стороны ручки робота, открыв от усердия рот. Селена осторожно взяла у сына игрушку и показала, как она может ходить. Стен насупился и отобрал робота, снова принявшись за "демонтаж". Селена усмехнулась: был бы здесь Мика - порадовался бы, что новый мастер-ломастер растёт!..

Сев на пол, устланный охапками сена - мальчишки, небось, придумали, - она вздохнула. События и работа по дому, бегущие нескончаемым, безостановочным потоком, не давали разложить по полочкам всё то, что требовало обдумывания. Но, на чём бы она сейчас ни пыталась заострить внимание, всё сводилось к мыслям о Белостенных. Проблема рисовалась, в общем-то, не самая трудная. Надо решить, говорить ли ученикам Белостенным, что они не просто будут видеть чужие сны и воспоминания. А будут их видеть так, словно все ужасы происходят с ними самими.

Это первая проблема.

Вторая, которая не давала забыть о себе даже среди суматошных порой дел: будет ли результат после просмотра снов и воспоминаний? Тот результат, на который они все в Тёплой Норе надеются. Изменятся ли Белостенные?.. Нет, Селена предполагала, что в душах эльфов, увидевших воспоминания тех, кто прошёл войну в пригороде и в приграничье, как Хельми и ребята из команды Сири, что-то сдвинется, и жизнь для них будет не такой, какой она им представлялась до сих пор. Но... Проклятый вопрос: сумеют ли эти парни и девушки понять, что во время испытаний врагу плевать на расы? И - что эльф, что оборотень - погибают одинаково под танковыми гусеницами войны?

И почему бы в мирное время не разделяться на тех, кто почему-то считает себя выше, и на тех, кто почему-то оказывается ниже? И жить единой семьёй всем тем, кто живёт в одном городе?

И грустно усмехнулась. Если уж в её когда-то собственном мире лучшие философы и политики не сумели переломить ситуацию...

Лёгкие шаги - почти бег по тропинке. Дверь садового домика резко распахнулась.

– О, Селена?
– удивился Мика.
– А ты чего здесь?

Его почти втолкнули в домик, после чего мальчишки, улыбаясь, уставились на Стена, а Коннор шагнул вперёд и, взяв младшего брата на руки, сел рядом с Селеной.

Остальные, включая Вереска, устроились вокруг них.

Коннор ткнул пальцем в нос братишки, дождался его смешка и спросил:

– А правда, мама Селена, почему ты здесь?

– Коннор... Вы предупредите Белостенных, что они ощутят всё, что увидят, на собственной шкуре?

– Конечно, - сказал Мирт.
– Мы же не убийцы. Там такие страхи... Обязательно предупредим. И ещё. Трисмегист предложил чередовать воспоминания так, чтобы наши ребята-оборотни в них чаще были.

Колин вдруг перестал улыбаться и отвернулся. Селена посмотрела на понурившуюся тёмно-рыжую голову. Что заставили вспомнить и пережить Колина? Смерть маленького друга, с которым вместе сбежали из детского дома во время его эвакуации? Нападение старика, одичавшего оборотня, который едва не убил мальчишку?

Хельми положил руку на его плечо, и Колин постепенно успокоился.

– Тебя что-то волнует?
– не отступал Коннор.

– Меня волнует, как сработают ловушки для снов.

– Мама Селена, - вздохнул мальчишка-некромант, покачивая младшего.
– Не думай об этом. Мы решили так: неизвестно, сколько нам с этими Белостенными жить в одной деревне, пока в городе беспорядки. Но мы не хотим, чтобы внутри нашей защиты были наши враги. Пусть их всего-навсего двенадцать, но мы хотим здороваться с ними. Мы хотим, чтобы они не прятались от нас, а мы - от них. Пусть они с нами бегают, как бегает Корунд, который гораздо старше них. Пусть они подружатся с Азалией, которой тоже интересно пообщаться с ними. Да и всем нам интересно. Если ловушки для снов сработают таким образом, этого нам хватит. Пусть всего двенадцать эльфов в городе - но будут за нас. Уже здорово.