Добравшись до края шахты, Чезаре обнаружил, что находится на высоте примерно пятидесяти метров. Напротив располагалась колонна, и за лепнину у ее вершины даже можно было зацепиться... Но дальше как спускаться? Большая часть поверхности была гладкой.

А между тем, внизу три девушки уже двигались к выходу. Скоро начнутся те самые переговоры, к которым изъявили готовность жрицы. И независимо от того, готовы ли жрицы выдать Марию, Чезаре четко знал, что эти переговоры состояться не должны. Что бы ни решили они, Джаггернаут в любом случае использует это, чтобы поквитаться с обидчицей. Нужно было спуститься раньше... Только как?

Прикинув, что было в его арсенале, Чезаре попробовал резануть камень мономолекулярным ножом. Выходило плохо: куда хуже, чем металл. Но именно это ему и нужно было. Не разрубить одним движением, а медленно резать, налегая на рукоять всем весом, чтобы замедлить спуск под действием силы тяжести.

"Принц Персии, твою мать!!!" - мысленно крикнул он, с ножом наперевес бросаясь на колонну...

Алистер наивно полагал, что "переговоры" - это "выйти и поговорить". Ага, как же. Сперва Мария долго обсуждала ситуацию с Тануи. Ее спутница, назвавшаяся Удиной, заскучала уже на второй минуте. Она с самого начала выступала за силовое решение проблемы. Затем нужно было попросить о переговорах противоположную сторону. Белый флаг делать было не из чего, да и как его продемонстрируешь через стенку? Тут неохотно помогла Удина, которая, как оказалось, обладала способностью управлять звуком.

На сами переговоры должны были пойти Ня, Тануи и Удина. Мария хотела отправиться сама, но Тануи здраво рассудила, что ее присутствие не добавит благодушия майору Джаггернаут. Все же она ранила ее, и сравнительно серьезно. Серьезнее, чем прямое попадание из танкового орудия.

По тем же причинам не мог поучаствовать и Алистер, и сейчас, ожидая возвращения посланниц, он маялся неопределенностью. Хорошо хоть выдалась возможность проверить пару давних задумок.

– Так чем я тебе должна была помочь?
– спрашивала Абла, оставшаяся с ним из солидарности.

– И вовсе не должна была, - то ли возмутился, то ли смутился Алистер, - Всё добровольно. Мне просто спонтанно идея пришла, где ты могла бы поучаствовать в качестве... э-э-э, - он почесал затылок, - Ну, как бы, батарейки, одной из двух, а я был бы второй. Мы бы аккумулировали в себе энергию жриц... и послушниц, для приведения в действие заранее заготовленных и поставленных на ожидание заклинаний, а потом... ну...
– юноша покраснел и уставился в стену, - Это было бы как поворот ключа зажигания в машине...

Он сообразил, ЧТО только что сказал, и торопливо пояснил:

– Раз - и заготовка активировалась бы. Но я пойму, если ты не захочешь, - поглядел он на нее, - Придумаю другой способ активации.

Девушка подняла бровь, а затем у неё на губах появилась сальная улыбочка.

– Так-так-так, что же это ты за ритуал такой вспомнил, что при упоминании всяких ключей и аккумулирования так старательно краснеешь?

– Ну...
– он подошел к девушке и положил ладони ей на плечи, глядя в глаза всё еще смущенно, затем склонил голову набок и улыбнулся, - Знаешь, ведь во время поцелуя люди обмениваются энергией, и это прекрасный способ активировать отложенное заклинание, объединив две его составные половинки и дав им заряд энергии.

Хорошо, колдун еще не упомянул, что передача энергии при поцелуе была "бюджетным вариантом" сексуальной магии некоторых культов...

– Э-э-эй!
– упёрла руки в бока девушка, - И как это ты собрался забирать энергию у жриц и послушниц?

– Да ты что!
– отпустив ее, он замахал руками, - Нет-нет-нет! Это не то, что ты подумала! Их энергия будет передаваться через сцепленные руки по кругу, часть мне, часть тебе. Она будет течь через нас. А в момент, когда надо будет привести в действие заготовленное заклинание...

Алистер опустил руки и смущенно закончил:

– Я тебя поцелую.

Альбиноска прикрыла глаза и кивнула:

– Ладно.

Однако, провести "тест-драйв" они не успели.

– ...не зря же говорят "si vis pacem, para bellum", - послышался голос Тануи от входа, - Это тот случай, когда мы должны показать, что мы к войне готовы. Особенно если не будет иного выбора.

Верховная жрица спустилась в "тайную" часть храма в сопровождении двух других переговорщиц, а также... зомби, как решил в первый момент Алистер. Но нет, это был живой человек. Просто израненный и измученный.

Только по волосам, чей природный рыжий цвет еще сильнее подчеркивался запекшейся кровью, узнавался вечно элегантный и аккуратный профессор Финелла. Сосуды были вздуты, а кожа имела болезненный зеленовато-желтый оттенок. Чезаре ощутимо припадал на левую ногу; штаны были порваны в нескольких местах и обильно залиты кровью. Кровью был покрыт и бронекостюм, такой же, как у вояк Панау. Правый рукав висел плетью, как будто руки там не было вовсе. Наконец, правую щеку заменяло кровавое месиво, сквозь которое проглядывали зубы.