За дверью шорох! Моя винтовка смотрит туда, готовая сказать 'привет' и сразу же 'прощай'. Стас... Выглядит как головастик что за компами, что в боевом облачении. Интересно, станет ли лягушкой? Для этого ему нужен хороший пруд, полный невзгод и опасностей. Возможно, гримуар ему такой подарит.

Однако мне не стоит отвлекаться от прозрачного монитора, вмонированного прямо перед прибором ночного видения. Там отображаются наши. Все близко, все живы.

– Никого тут нет, - в наушниках слышится раздасадованный голос Черномора.
– Нужно обыскивать.

Она права, но обыск отнимет у нас столько времени, сколько подземный ход отсюда и до ближайшей сауны с горячими девочками. Мне не хотелось включать свет и предчувствие не подвело.

– Шум за окном. Машина!
– голос Миши был тих.

Я осторожно выглянул. Серые допотопные Жигули плыли в ночи как плоскодонка в океане. Они приближались со стороны, противоположной той, где мы оставили джипы.

– Все в засаду, - Черномор сегодня была в ударе. На ее совести один труп и одна аномалия. День прошел не зря.

Я замер в глубине комнаты и через окно взял на прицел колеса. Плоскодонку ожидает не бесславный конец изначально рваной галоши, а почетная гибель от крупного калибра. Ее конструктор может гордиться - одна из тысячи умрет как надо.

Жигули остановились у перекладин ворот. Из машины деловито вылезли двое мужчин. Оба черноволосые, бородатые, одетые в темные майки и треники. Влада среди них не было.

– Его родственнички?
– голос Черномора отражал неуверенность.

– Посмотрим, - ответил я.
– Держите их на прицеле. Будем брать внутри дома.

Иногда меня удивляет пофигизм некоторых личностей. Подъехали к главному входу с зажженными фарами и музыкой, ничего не проверили и направились прямо к двери как султан к своим наложницам. Или эти двое ни о чем не знали? Тогда будет жаль. Черномор сейчас очень зла, алтарю ее самолюбия нужны жертвы.

Мужики, громко переговариваясь, подошли к дверям, открыли замок и сразу же стали похожими на молодые дубки, павшие под ударами опытных лесорубов.

– Тащите их внутрь, - раздавался зловещий речитатив Черномора.
– Здесь есть комната без окон? Туда!

В моей закостеневшей душе шевельнулось подобие жалости. Черномор владеет ножом лучше всякого мастера резьбы по дереву. В том смысле, что она может снимать очень тонкую стружку.

– Кляпы! Где кляпы?!
– наша девочка не унималась. Дело требовало моего вмешательства. Нормальный допрос начинается с вежливых фраз, плавно переходящих к угрозам и только потом к кляпам.

Я оставил Стаса наблюдать за окрестностями и протиснулся в большой чулан, размерам которого мог бы позавидовать зал в хрущевке.

Мужики сидели у стены, опираясь на скованные наручниками руки. Их головы соприкасались с раскачивающимися красными авоськами, наполненными луком и чесноком. Неприятное соседство. Я бы постарался такого избежать, но мужики сидели тихо, не сводя глаз с очаровательной брюнетки, успевшей снять каску. Ее нежные ручки поигрывали ножом с ловкостью циркового фокусника, а тронутые поволокой чудесные глазки смотрели на пленников так, как фермер смотрит на старую курицу, переставшую нести яйца. Наша девочка отошла к двери, но уже видно, что она успела показать свою хватку - по шее одного из мужиков стекала струйка крови.

Я демонстративно встал между Черномором и ее жертвами.

– Ты кто?
– мой палец прицелился в грудь мужика справа.

– С-Сергей...

– А ты?
– палец сместился влево.

– Автандил!

Невероятно.

– Знаете Влада?

Молчание было ответом. Пленники лишь переглянулись, качнув бородами и врезавшись лбами в лук.

– Запомни наконец, что кожа легче снимается со спины, - сказал я, обернувшись к Черномору.
– А не как ты в прошлый раз - с лица.

Наша милая девочка и бровью не повела. Она пошла мягко, словно рысь, игриво пуская ножом мне в глаза блики от лампочки. Выражение лиц пленников заслуживало самого пристального внимания. Оно улучшалось, облагораживалось с каждым шагом Черномора. Первый шаг - недоверие, второй - проблески понимания, третий - сосредоточение, четвертый - просветление, мудрое и чистое, как весенний горный ручей.

– Знаем!
– на последнем, пятом, шаге выпалил Сергей.

Через десять минут мы отбывали, оставив спеленатых пленников на полу. Их потом заберут менты, которым позвоним. Пусть шьют им, что хотят, - пособники Влада не должны оказаться на свободе, пока все не закончится. Наша организация традиционно дружит со спецслужбами.