— О чем еще вы хотите меня спросить?

Доминика оглянулась на карету в отдалении. Сыр не маячил больше на козлах — видимо, спустился вниз поболтать с Нижей.

Тогда она поднялась на цыпочки и крепко обняла своего спутника. И снова поразилась, обнаружив, что он почти ничем не пахнет. Разве что древесным соком и небом после молнии — чуть-чуть.

— Куда вы теперь?

— Я ведь бродяга, Доминика, вы помните. Дорога — мой дом...

Он осторожно высвободился. Церемонно поцеловал ей руку:

— Прощайте, моя госпожа. Берегитесь сомнительных портных и никогда не говорите вашему Денизу, что произошло с ним на самом деле.

— Я еще увижу вас... когда-нибудь?

* * *

Этот вопрос она задавала себе потом — много раз.

Особенно он мучил ее ночью, когда, просыпаясь рядом со сладко сопящим мужем, она прогоняла свой сон.

Ей снилось, что ворона слетает с дорожного указателя, садится на верхушку молодого дерева и, широко разевая рот, отрывисто каркает:

— Привет, Мизеркаль!

НАУКА

ВОЛШЕБСТВА

СЕРГЕЙ ЛУКЬЯНЕНКО

Плетельщица снов

Третью неделю стояла беспогодица. Ни дождя, ни солнца, серая хмарь в небе и тяжелый мертвый воздух у земли. Пыль над дорогой поднималась лениво, с неохотой, но уж поднявшись — опускаться не желала, тянулась пухлой серой змеей от самого горизонта.

Девочка замерла у колодезя, опустив полную бадейку на бревенчатый приступок. Пыльная змея все ползла и ползла по дороге, будто сказочный дракон, разучившийся летать. Девочка давно уже не боялась дракона, но сейчас с тревогой оглянулась на недалекое село. Пыль поднималась слишком быстро для каравана — торговцы не станут зря гнать груженых лошадей... Девочка быстро запустила руку за ворот.

Оберег под холщовым платьем девочки не нагрелся, значит, опасности не было. Девочка переступала босыми ногами в теплой пыли, ждала. Пыльная змея обрела облик — грязные бородатые лица в железной раме поднятых забрал, обрела голос — перестук лошадиных копыт и звяканье сбруи, обрела размер — сотня с лишком скакала мимо деревни.

Девочка не умела считать до ста. Но и она, приоткрыв рот, смотрела, как проносятся мимо — ни на нее, ни на деревню внимания не обращая, самые первые и самые нетерпеливые рыцари в запыленной броне. Всё рыцарство королевства выступило в путь — и стража Южных Лесов в зеленых плащах, и отважные Морские Рыцари в голубых шлемах, и надменные Королевские Защитники в серебристых доспехах.

Один из рыцарей остановился у колодезя. Хриплый голос произнес:

— Позволишь ли напиться воды, милое дитя?

Девочка не ответила, лишь отступила на шаг. Звякнули доспехи, когда рыцарь спрыгнул с коня и поднял бадейку. В его руках она казалась игрушечной. Конь, пользуясь минутной передышкой, опустил голову и принялся щипать траву.

Остановился второй рыцарь — конь пританцовывал на обочине, конь не устал и рвался в путь.

— Оставь и мне, — попросил второй голос, веселый и молодой. — Эй, селянка! Это и есть деревушка Последние Холмы?

Девочка несмело кивнула. Второй рыцарь ей понравился больше — его доспехи ярко блестели, эфес меча украшали разноцветные камешки. А первый все еще пил — струйки воды мыли дорожки на пыльном нагруднике.

— Слыхала ли ты о Плетельщице Снов, девочка? — спросил Молодой, принимая бадейку. — Нет ли в деревне женщины, носящей это имя?

Девочка покачала головой.

— Говорят, ваша колдунья красива и обладает великой силой, — продолжал Молодой. — Быть может, это ее имя?

Девочка прыснула от смеха. Снова покачала головой.

— А правда ли, что дальше по дороге притаился дракон? — вытирая губы, поинтересовался первый рыцарь.

Девочка улыбнулась. Рыцарь был такой старый, а верил в сказки!

Остановились еще несколько. Бадейка переходила из рук в руки. Гремело железо, недовольно фыркали кони, чуявшие воду.

Коней к воде не пускали.

Девочка застенчиво, исподлобья, поглядывала на рыцарей.

— Немая, — предположил кто-то. — Друг на дружке женят- ся-мужатся, вот и ходит полдеревни немых.

— Горелый Замок — он далеко? — спросил старый рыцарь.

Девочка замотала головой, ткнула рукой — даже в этой

хмари видны были белые стены на далеком холме.

— И впрямь, — щурясь, сказал рыцарь. Взмыл в седло — легко, будто и не неся на себе тяжелого железа. Девочка подумала, что такому сильному человеку ничего не стоит поднять из колодезя десяток полных бадеек. — Спасибо, милое дитя, да хранят тебя боги!

И вот уже рыцари унеслись вслед за товарищами. Опустевшая бадейка лежала в пыли у дороги. Изредка, подстегивая коня, проносились вслед отставшие. Некоторые, посовещавшись, даже свернули в деревню.