– Мы что, получается в космосе?
– удивленно спросила Юннис, когда я закончил говорить.
– На корабле, который перемещается между планетами и звездами?

– Выходит так, - подтвердил я.
– Причем Аэртон, который нас сюда затащил, тоже корабль. Вернее корабельный компьютер.

– Компьютер?
– В этот раз переспросила Элис.
– Это как?

– Машина для расчетов, а так же хранения, обработки и управления информацией, - ответил блондинке Витя.
– Может он и не компьютер, - продолжил парень.
– Судя по Лехиному рассказу Аэртон уверенно прошел бы тест Тьюринга. Возможно это полноценный интеллект, причем мы не знаем искусственный он или нет и тип его носителя.

– Да, неважно, на самом деле, - покачал головой я.
– Меня больше заботит непонятный сорбент, который оказался не пойми чем. И наши дары от Аэртона, которые реально работают. Препараты этих аскетов на нас не подействовали и слава Богу, а то нас бы уже порезали на части. Мы свободно общаемся на одном языке. То есть два так называемых "апостольских" дара работают. Остаются еще четыре: добытчик, лекарь, защитник и провидец. Возможно, это наш ключ к спасению.

– Интересно, а если я пивка хряпну, то уже не опьянею?
– Невпопад спросил Витя.
– Типа алкоголь - яд, а яды на нас не действуют. Обидно будет, если так.

– Для цвергуни это стало бы полной катастрофой, - не удержалась от шпильки Элис.

– Заткнись, стерва северная.

– Девушки, хватит уже! Лучше поработайте мозгами, блин, - я рубанул воздух рукой.
– Вам говорил голос что-нибудь перед тем как закинуть сюда? Вы чувствуете в себе нечто...этакое? Я вот, например, добытчик, только непонятно добытчик чего именно и каким образом. А вы можете вылечить, защитить или провидеть? Говорите не стесняйтесь...

Тишина. Все сосредоточенно думают.

– Ни у кого никаких мыслей? Хорошо, давайте так. Возьмем тайм аут на некоторое время, ну хоть на пару часов. Подумаем еще. После обеда соберем совет. Только условимся все переговоры вести на русском. Возможно нас записывают, так мы хоть сохраним секретность...наверное, - закончил свою мысль я.

В камере все равно делать нечего. Часов у нас не было. Вообще ничего не было кроме зеленых пижам на голое тело. Так что сколько часов мы предавались размышлениям я не знал. Время от времени вспыхивали короткие разговорчики ни о чем. Витя ни с того ни с сего рассказал о том, как он ездил с пацанами на рыбалку и поймал здоровенную щуку. В ответ на это Элис вспомнила, что у ее семьи в загородном имении есть пруд с карпами и золотыми рыбками в центре парка. Ее воспоминание Юннис прокомментировала коротким монологом о зажравшихся буржуях и голодающем народе юга, а я, чтобы сбить маленько революционный пафос, рассказал анекдот о единственно правильном ответе на вопрос "надо ли класть сливочное масло в тарталетки с черной икрой". На это мне Элис заявила, что я такое же "быдло" как и цверга, а масло к икре по правилам хорошего тона класть надо. Но как-то это уже с улыбкой прозвучало, почти как комплимент. Трудно хранить обиды друг на друга, когда все до такой степени в одной лодке как мы. Так что вскоре между нами завязалась дискуссия на гастрономические темы, в ходе которой были съедены принесенные аскетами обеды. Тот же набор пюре, что и на завтрак никому не понравился, но чувство голода притупил.

– Нет, Леха, если разбираться с дарами, то надо начинать с тебя, - решительно сказал Витя, допив бутылочку с водой из контейнера.
– Ты добытчик, это мы знаем точно. Попробуй добыть нам что-нибудь в конце-концов.

– Что именно? И как?

– Мне бы пулемет мой, - улыбнулась Юннис.
– Гром -2м, в просторечии "отбойник". Калибр семь миллиметров ровно, вес восемь с половиной килограммов в снаряженном состоянии, с диском на сто двадцать патронов, длинна сто два сантиметра. Сделаешь?

– Да не вопрос, - легко согласился я.
– Формулирую задание: хочу пулемет как у Юннис. Раз, два три, елочка зажгись, пулемет появись!

Три пары глаз сосредоточенно уставились на меня.

– Нету, - чуточку опечалено сказала девушка через пару секунд.

– Сам вижу. Было бы смешно, если бы все было так просто. Хотя...

Я вспомнил странное ощущение, которое испытал только что. Как будто пальцы скользнули по чему-то твердому, а сердце пропустило удар и перед глазами на мгновение померкло. Что-то было...пусть на подсознательном уровне, но... Глянул на Витька с пустой бутылочкой в руке, представил себе подробно химическую лабораторию, пластиковую бутыль с этанолом, в котором консервируют сорбенты, постарался почуять его сладковатый резкий запах, увидеть льющуюся струю.

– Витя, дай ее мне, - я схватил пустую тару.
– Хочу чтобы в этой бутылке был спирт.

Ох е мое... Меня как будто в живот ударили. Мгновенный приступ тошноты, голова поплыла, ноги подкосились. А бутылка в руке резко потяжелела. Не может быть... Нет может. Это был Он.

– Держи емкость товарищ, проверишь свою теорию о том яд ли алкоголь, - сказал я Вите, справившись с головокружением. Азарт переполнял меня до краев.
– Пулемет говоришь, Юннис? Пулемет не обещаю, а вот нечто вроде... Только приготовьтесь, будет лихо. Один я его не вытащу, заберу силы у всех вас, - вспомнил я разговор с Аэртоном.

В последний момент пришла мысль про возможные камеры наблюдения, и я заскочил в крохотный санблок. Может там место не просматривается? Втиснулся в щель сбоку у странной формы унитаза, и постарался припомнить автомат, который держал в руках когда-то на сборах, во всех подробностях.

– Хочу калашников. Платит за дар вся группа, - тихо произнес я. И мир померк.

Это было немного похоже на поимку крупной рыбы на удочку. Я словно тащил что-то откуда-то из темноты, где предмет сидел как будто в вязком киселе и никак не хотел вылезать на свет, да еще и сопротивлялся как живой. Силы уходили стремительно, но я все равно тащил... Рывок, еще рывок! Есть!