И вот теперь этот жуткий кошмар вырвал его из сна. Рэнди затушил сигарету и попытался снова уснуть. Но опять белая рубаха и кровавое пятно на ней, снова крик, до боли раздирающий горло.

С трудом выплывая из этого жуткого марева, он не сразу понял, что кто-то настойчиво стучит в его дверь, а в коридоре звучат голоса. Открыв дверь, Рэнди увидел встревоженного Гейла. Тот прошел в номер и оглядел блондина:

— Рэнди, ты кричал! И выглядишь хреново!

— Вот спасибо! Умеешь ты поддержать, — хмыкнул Харрисон — Мне приснился кошмар.

— Рэндс, со мной все в порядке, хватит себя накручивать, — как всегда без слов все понял Харольд. — Давай ложись. Я посижу с тобой.

— Боже! — закатил глаза Рэнди. — Это я должен сидеть с тобой.

— Перестань! Я уже выспался. Чувствую себя хорошо. И, кажется, действие колес закончилось. А вот ты похож на енота, — хохотнул Харольд.

— Почему это на енота? — оскорбился блондин, заползая под одеяло.

— Такой же взъерошенный и с черными кругами под глазами, — ответил Гейл, усаживаясь в кресло. — Давай, засыпай.

Ненадолго в комнате воцарилась тишина.

— Гейл?

— Хм…

— А ты…ты очень испугался, когда он напал? — тихонько спросил блондин.

— Не успел. Все как-то быстро произошло. Я, скорее, удивился. Вот скажи, Рэндс, почему нельзя решить все мирно? Почему сразу в ход идут кулаки, ножи и тому подобная хрень?

Гейл принялся негромко рассуждать. Рэнди же, слушая его, закрыл глаза и незаметно провалился в сон. Присутствие Харольда успокаивало, а его монотонный голос убаюкивал вымотанного тяжелым днем и кошмарами блондина.

Легкий ветерок коснулся лица Рэнди. Он открыл глаза. В распахнутое окно ворвалось утро, а наглые солнечные лучи уже во всю хозяйничали в комнате. Захотелось потянуться, но он, вдруг, почувствовал теплое дыхание на шее и забинтованную руку на талии. Харрисон вспомнил ночные кошмары. Гейл остался с ним посидеть. Рэнди улыбнулся, тихонько, почти невесомо провел пальцами по пальцам мужчины, а потом опять провалился в царство Морфея.

Второй раз он проснулся в кровати один. Харольд ушел, стараясь не разбудить его. На душе было легко и спокойно. Он потянулся и остался лежать. Торопиться было некуда. Съемку перенесли на вечер, чтобы дать возможность Гейлу придти в себя, хотя тот и пытался доказать, что с ним все нормально и вовсе не обязательно ничего отменять.

Решение как-то само пришло к Рэнди. Он привел себя в порядок и пошел к Харольду.

Подойдя к номеру, он уже занес руку, чтобы постучать, но остановился, услышав голоса — один Гейла, а второй явно принадлежащий женщине. Блондин замер и прислушался. Дверь была слегка приоткрыта и до него доносились обрывки разговора.

— Господи! Какая-то царапина, а все сразу думают, что я при смерти.

— А если бы…Это опять из-за него, да?.. всегда из-за него…он…

— Перестань! Рэнди здесь абсолютно не при чем…ты же понимаешь…да не болит ничего…

— Я соскучилась по тебе, думала сделать сюрприз,…а тут…ты не рад?

— Как ты здесь оказалась?....Яра, ну, перестань, ты же знаешь, я тоже скучаю, когда…

Яра! Дальше Рэнди слушать уже не мог. Тараканы в его голове вмиг встрепенулись. Он ринулся к себе в комнату.

«Господи! Какой я дурак! Уже почти поверил… поверил, что может быть…Только в сказках, так бывает, только в сказках», — непрошенные слезы душили его.

Чуть было появившийся маленький лучик надежды, угас не разгоревшись.

«Но я, блять, сам виноват. Напридумывал себе, а мне никто ничего и не предлагал и не обещал. Да мало ли о чем Гейл хотел поговорить? Может на свадьбу пригласить хотел, а я?»

Рэнди почувствовал, что еще немножко, и его накроет истерика.

«Мне нужно выпить, блять, очень нужно выпить! Нет, нельзя, съемки впереди».

Харрисон бездумно заметался по номеру, и только звонок сотового прервал его горцевание по комнате.

— Мистер Харрисон, это Адамс! Хочу сообщить, что съемок сегодня не будет. Все переносится на завтра, — сообщил ему менеджер.

— Спасибо, я понял, — прохрипел Рэнди.

— Рэнди, у тебя все в порядке? — осторожно спросил Грей.