Тот налил, бутылку закупорил, убрал в пакет.
– Знаю, чтобы не портить аромат, закусь не предлагаю. За тебя!

5.

Второй день начался со звонка Томы.

– Ты чего зажмурилась?
– Несколько насмехаясь произнесла та.

– В смысле?
– Покосилась Люсьен на стопку бумаг. Прочитывать и рассматривать всё это ей не хотелось. Действительно зажмуришься от их количества. Только теперь она поняла Ксавеюха. Вначале бесило, что не её, а алкаша Кпеченюшкина первым замом поставил.

– Над бумагами небось карачуна даешь?

– А ты откуда знаешь?
– Удивилась Люсьен.

– Все, кто стал первым, проходили через это! Когда-ты какой-нибудь замчик на тебя накатывает только твоя доля. Всё, что не твоё откатываешь обратно. Свое - скидываешь в подчиненные отделы. А если проблема многопрофильная? Кому первому сбагрить? Сразу решить, чтобы он эту тему начал решать или зарыл поглубже, отписавшись, вроде уверенно-понятно, но абсолютно, неясно? Скинь всю эту муру первому - пусть ковыряется.

В городе уже все знают, что ты новый мэр. Выбери несколько значимых причин, которые можно решить щелчком пальцев, пройди по городу со свитой, чтобы люди видели, новый мэр есть и он совсем не то, что бывший. Будет не кустики сажать, а проблемы решать. Не забудь местную прессу с ТВ.

– Так народ же с другими проблемами полезет!

– И это хорошо. Будешь точно знать, что им надо. Но! Чихать тебе на них! Кто тебя мэром поставил, они?

– Безенчук!

– Это кино для него! А он в область сообщит, что выбор его правильный! А то подумают, что тишь в городе, благодать, проблем нет, какого-нибудь своего мальчика воткнут. Такая запись для его карьеры очень полезна. А ты цельный список выкатишь бесконечно долго нерешаемых проблем. От И.О. надо как можно быстрее избавляться. Всем наплевать будет, что после него город ко дну пойдет, обвинять со всех сторон тебя начнут. В отличие от тебя, Безенчук сразу это понял. А почему?

– А почему?
– Эхом переспросила Клазавская.

– Потому что он сам такой - никудышний! И сразу забудь это слово я тебе не говорила. Пользуйся, рано или поздно он всё равно обкатается, то ли сам прочухает, то ли подскажут и, тогда такая хрень не покатит. Я, в общем-то, не из-за этого звоню. Безенчуку из области девочку сватают. Она там кулек несколько лет назад окончила, ну и перебивается, а хочется большего. У меня, как ты знаешь, округ самый лучший по культуре в районе. Он решил её к нам воткнуть. А мою Ольгу - к тебе. Ольга там несколько лет пахала, пока всё в рост пошло, а с новенькой дела иметь никто не будет. Почему-то считают, что если поставят кого-то на готовенькое, то всё там и будет продолжаться. Скопалев вообще считал, что культура и спорт вроде станка. Утром пришли - включили. Ушли - выключили. Но эти сферы, где деятельность не прекращается. Процессы в них, подспудно, идут. Это новое управление манагеров хоть бы народные пословицы учили. "Не место красит человека, а человек - место"! И это правда! Ты представляешь, когда Ольга появится у тебя? Твоя Ригонда как муха по потолку бегать будет!

– У неё нормальное имя, а вы её эстонским радиоприёмником обзываете!

– "Ригонда" у тебя почти десять лет культурой заведует и ничего, хотя бы хорошее, я про полезное и не заикаюсь, за это время не сделала. Она хоть и выполняет у вас роль сарафанного радио, но тупо, глупо и непонятно. Когда мы с тобой на "Октоберфесте" пиво сосали, она Ксавеюху письмо подсунула, из которого следует, что он изменник Родины!

– Правда?

– Да все знают. Прокуратура за голову схватилась, когда ей это принесли. Посчитав за идиотизм, мер не приняла. Поэтому я тебе предлагаю...

– Ту деточку на место "Ригонды"?

– Нет. Под ней. Если та будет жаловаться, всегда на твое радио можно свалить и местами поменять. Свою бывшую должность никому не отдавай, кого-то ещё из области спихнут. Сведения имею. Так что твоя задница будет прикрыта ими.

– "Ригонду" принести в жертву?

– Зачем? Эту дуру оставить для битья. Обе будут на неё всё своё говно валить.

– Почему обе?

– Чья-то жена требует власти. Устала от домашней жизни, от золотых бирюлек, теплых морей, далеких островов. За бугром уже экзотика-экстрим выжить не в диких джунглях, а на наших просторах. А в наших верхах - экстрим порулить чем-нибудь. А разница знаешь в чём?

– Те платят чтобы экстрим получить, а наши за экстремальные приключения на должности, наоборот деньги, и не плохие, получают.

– Звони Безенчуку - набирай очки, чтобы от И.О. избавиться. Как раз фонд зарплаты от увольнения Скопалева остался. Половинку отстегнешь.

– А вторую половину ставки Ксавеюху, как помощнику мэра. Безенчук согласился. Вроде как откупное, за то, что войну не начал устраивать, а тихо, спокойно свалил.

6.

И третий день начался с неожиданностей. Пришел Безенчук. Причем не один. Со свитой. Люсьен узнала министра культуры области. То, что на культуру ему с высокой колокольни... это ещё мало. Его посадили, чтобы он срок пересидел на этом месте. Он так себя и вёл - отсиживал. Ему было не только всё фиолетово, но и зелёново, синево, жёлтово. Толи место держал для кого-то более ценного, толи, министерство - это очередная ступенька карьерной лестницы. Второго министра тоже узнала - министр по местному самоуправлению. То, что он соратник генерала Топтыгина - было на лице. Его появление ничего хорошего не означало. Третьим шёл упитанный, даже сверх, похожий на Денни де Вито мужичок. Он шел первым, но на фоне трёх верзил: Безенчука и двух министров - был незаметен. Безенчук, время от времени, наклонялся к нему и что-то подсказывал.

Хорошо что, вышколенная ещё Ксавеюхом, охрана вовремя предупредила. Клазавская встретила всю делегацию в центральном фойе - куда выходили все кабинеты администрации.

Даже рядом с ней, неизвестный маленький, но высокий гость казался коротышкой.

Итак, расстановка гостей напоминала то ли рыцарскую свинью перед боем, то ли расстановку российских футболистов на чемпионате Европы. Впереди нападающие. За ними - полузащита в виде трёх, идеальных внешне, женщин. За ними охрана - защитники. Судя по всему, вратарь был в их числе.