В памяти всплыли картины кровавого месива из опалённого радужным пламенем мяса, что когда-то было датомирками. И устрашившийся подобными воспоминаниями разум умолял подчиниться чужаку, поскольку атака против двух готовых к бою стрелков, что уже держали её на прицеле, была чистым самоубийством. Но клокочущая ненависть и злоба делали желание снести этому болтуну голову буквально непреодолимым. И эхом звучавший в её голове призыв убивать только подстёгивал кровожадный порыв.

Внезапно прозвучавшая короткая фраза на больно резанувшем слух языке была подобна ведру ледяной воды за шиворот. Весь боевой настрой как рукой сняло, а злобное эхо смолкло, оставив девушку одну под дулами вражеских пушек. Будучи воительницей, а не дурой, Сабина опустила оружие, прекрасно понимая, что против бойцов в полной выкладке в неглиже много не навоюешь.

– Тебе не следует давать своему мечу слишком много воли, а тем более слушаться его, - произнёс великан вставая и разворачиваясь лицом к собеседнице, которая как могла постаралась прикрыть мечом и руками свою наготу.
– Иначе сама не заметишь, как станешь рабыней собственного меча.

– В смысле?

– Демоны уважают только силу. Покажи ему, что ты сильнее. Подчини его волю своей, и тогда ни один враг и ни одна преграда не устоит перед тобой, - наставительно произнёс чужак, глядя на неё сверху вниз.
– Кровавый Бог щедро одарил тебя за твою смелость. Очень немногие из его последователей удостаиваются дара демонического оружия. Так оправдай его доверие.

– Сабина! Ты жива!
– радостно завопила Гера, появившаяся на балконе главного коридора.
– Что они сделали с тобой?

– Да вроде ничего, - ответила мандалорка, механически поправляя причёску. И остолбенела, наткнувшись пальцами на твёрдую поверхность рога. Поражённая возникшей догадкой, она только и смогла что промямлить: - Что со мной?

– Пошли в каюту, там есть зеркало. Ты всё увидишь сама, - успокаивающе произнесла тви'лека, разворачивая принесённое одеяло.
– Вот, прикройся.

Шокированная самим фактом новых метаморфоз её тела, Сабина не мешала капитану "Призрака" накинуть одеяло ей на плечи и отвести её в каюту. При этом Гера всё время держалась слева, потому что в правой руке воительница всё время сжимала свой демонический клинок. И хотя подниматься по лестнице при помощи одной руки было весьма неудобно, она так и не отпускала оружия, сама не зная почему. Наверное, потому что этот уродливый меч как мог пытался внушить ей, что ничего плохого не случилось и стыдиться тут нечего...

– Вот так, - сказала тви'лека, входя в каюту следом за воительницей и запирая дверь.
– Давай ты отложишь эту железяку в сторону, а я принесу зеркало.

Поглощённая размышлениями о том, какая форма уродства уготована ей на этот раз, Сабина даже не заметила, как перед ней возникло зеркало. Однако, Гера стояла слишком далеко и держала его под таким углом, что ничего было не видать. И понимая, что терзать себя дальше безумными догадками просто глупо, воительница сорвала с себя одеяло и решительно сделала шаг вперёд, смотря прямо в зеркало.

Открывшаяся картина была страшнее самых безумных фантазий. Из небольшого окна зеркала, снятого со стены в уборной, на неё жёлтыми глазами с узкими полосками вертикальных зрачков внимательно смотрело чудовище. Начинавшаяся в верхней части лба пара толстых рогов резко уходила назад, закручиваясь вокруг головы, так что их острые кончики торчали по бокам на уровне ушей. Рот стал шире, а кожа приобрела отчётливый красноватый оттенок. А когда воительница открыла было рот, чтобы спросить о тех изменениях, которые могла не заметить, тварь по ту сторону зеркала разинула свою жуткую пасть, продемонстрировав по ряду ужасных клыков на каждой челюсти.

Жалобно звякнул меч, выпавший из ослабевших пальцев. Потрясённая и опустошённая, непобедимая воительница рухнула на колени, закрыв лицо руками. Слёзы давили её, не давая толком вздохнуть, потому что она даже не плакала - она рыдала. Знакомство с Галлой превратило её из воина в гетеру. Теперь же она стала ужасающим монстром, что был способен вселить страх в сердца врагов одним своим видом, а её оскал мог обратить в бегство вообще кого угодно.

– Ну не плачь, Сабина, - попыталась утешить её Гера.
– Не всё так плохо...

– Да тебе по чём знать!
– злобно крикнула мандалорка, поворачиваясь к ней спиной.
– Ты же больше не мутируешь!

– Если у меня не выросли рога в дополнение ко всем этим щупальцам, это не значит, что красная звезда пощадила меня, - с грустью ответила тви'лека, откладывая зеркало в сторону и подходя ближе, чтобы положить руку на плечо плачущей девушке.
– Кому-то калечит тело, кому-то разум, а кому-то - душу.

– Что с остальными?
– спросила Сабина, пытаясь отогнать мрачные мысли о своём новом бытие уродкой.