Я послушно представил небольшой параллепипед, волей выдавил на его сторонах и углах эльфийские глифы, начал накачивать энергией. Связка универсальных операторов очень быстро перенасытилась Силой, просияла в реальности и с громким чпоком схлопнулась.

Миа ободряюще погладила за ухом:

– Ничего, получится. Этот хотя бы уже не взорвался. Прогрессируешь, лисёнок.

Ага, прогрессирую. Дважды.

Смутная идея забрезжила на грани разума, и я успел её ухватить.

– Няш, а ты можешь это знание передать мне напрямую?

Глаза эльфы полезли на лоб:

– Я ж простой некроскульптор, а не маг-менталист.

– Так, давай попробуем. Я первый создам пакет, передам тебе. Если проблем не будет, попробуешь уже ты, хорошо?

– А давай, - улыбнулась Миа. Ни вопросов что и зачем, ни требований безопасности процесса - идеальная боевая подруга!

Я зарылся в память, выискивая нужные воспоминания. Раз такую штуку не только Антакара могла проворачивать, но даже и отец, то и у меня должно получиться.

Так, данные о процессе найдены. Усилием воли создать реплику, сжать её в многоуровневый архив, направить принимающему. Беру голову Стефании в руки, подушечки пальцев укладываются от висков до затылка - неопытным ретрансляторам тактильный контакт строго рекомендуется, во избежание потери или повреждения информации. Пальцы после пары мышечных сокращений сами располагаются на точках воздействия. Визуальный контакт - установлен.

Силой воли вычленить архив из сознания, в Сути подцепить нить контакта, подвесить пакет на неё, плавно толкнуть в сторону получателя.

Глаза эльфы затуманились, одинокая капелька крови упала на грудь. Девушка резко выдохнула, словно очень долго плыла под водой, ошарашенно уставилась на меня.

– Саш, предупреждать же надо, что эта штука такая большая!

Я туповато хихикнул.

– И нечего ржать. Она меня чуть не порвала!

Я из последних сил сдерживался, чтобы не заржать. Со стороны это должно звучать крайне пошло и двусмысленно.

– Прости, золотоглазая, просто ты сказала это таким тоном, что никак не удалось избежать ассоциаций с дев...

Договорить я не успел. Миа, хихикнув, повисла на моей шее.

– Саня, Саня. Попался бы ты мне в прошлой жизни, сама бы подошла познакомиться.

Я погладил эльфийку по спинке.

– Вряд ли бы заинтересовалась мной. Двухметровый кабан с тростью, едва-едва способный передвигать ноги, да к тому же имеющий крепкие проблемы со злоупотреблением алкоголем и обезболивающими.

Стефания чмокнула меня в щёку, серьёзно посмотрела в глаза:

– Доктор Саня Хаус. Гы. Звучит ведь!

– Есть такое, - хмыкнул я.
– Только на Земле я был страшнее, не имел таких милых хвостов, и испытывал огромные проблемы из-за жутковатой травмы спины.

В глазах эльфийки протаяло понимание:

– Вот оно как... А я там была невысокая, плотненькая, в очках на минус пять, и с саркомой кости.

Фигассе.

Я медленно сел к ногам эльфы, прижался к бёдрам.

– Выходит, и тебе терять там нечего было?

– Да, - тонкие пальчики пробежались по моим волосам, нежно погладили ушки.
– Пролучается, Артас собирал народ из тех, кто одной ногой в могиле.

– Похоже на то. Хотя...
– я вспомнил разговор на спейсере.
– Макс Хаос говорил, что Артас играет на возможности реализовать мечты, на Земле недоступные.

Эльфийка села рядом, прижалась к груди:

– Я с реконами тусовалась, когда с ним встретилась. Красавец, элегантен, утончён, ухаживал так, что просто таяла. Рассказал, что занимается проведением ролёвок, приглашал поучаствовать. Только вот не удалось - мне стало хуже, три месяца из онкологии не вылазила, валялась под капельницами. Он ко мне в палату пришёл, когда в следующий раз госпитализировали. Долго с ним говорили, сказала, что хотела бы переродиться, пожить ведь так и не успела толком, чего там - двадцать лет, и ни отношений нормальных, ни даже не доучилась толком; наверстать бы, исправить... Арти тогда серьёзно на меня посмотрел, спросил, если бы могла выбрать, кем бы стала в новой жизни? Я и ляпнула первое в голову пришедшее - эльфийкой в каком-нибудь техномагическом мире. Они ж по книгам если судить - почти не болеют, и живут так, что времени вообще на всё хватает, - взгляд Миа стал блуждающим, расфокусированным.
– Артас тогда подарил мне свой амулет, сказал, удачу приносит. А потом... Жар, морфий, боль, темнота... Свет. Яркий неживой свет и едкий запах горелого мяса.
– Эльфа подняла глаза на меня.
– Так я стала сумеречной эльфийкой. Если бы знала, что в такой анус закинет, предпочла бы сдохнуть на Земле безвозвратно.

– А что у вас там такое?

Девушка поёжилась, словно не на кромке канала сидели под палящим белым солнцем, а где-нибудь высоко-высоко в горах, где даже сопли замерзают, едва только покажутся из тела.

– Там - ад. Три континента. Северный Щит заселён технократами-дроу, Западная Пика - некромантами-светлыми. Восточная Дага, точнее, тот архипелаг островов, что остался после испытаний оружия первоэльфов, впоследствии заселили фанатики от науки, искавшие там следы и технологии предков. Они и основали сумеречную расу. Кажется, мы единственные эльфы, не страдающие тяжёлой формой фашизма головного мозга.

– В смысле?

– Первоэльфы, Высшие, на заре своего взлёта устроили полный геноцид всех иных рас. Последних представителей просто посадили в неуправляемые корабли и отправили в открытое море, без инструментов, еды и воды.

Хренассе ушастики лютые!

– Так в мире остались только эльфы. Потом, как и полагается, случившийся глобальный звиздец отправил цивилизацию едва ли не в первобытно-общинный строй, связь между континентами прервалась, экспедиции, брошенные на островах Даги, оказались никому не нужны и вскоре и вовсе забыты. Остатки знаний и навязчивая идея чистоты расы привели к тому, что светлые, начисто отбросив всё технологичное, увязли в некромантии и уничтожили или загнали в рабство и на опыты всех дроу Пики, а дроу Щита, изначально склонные к механике и науке, запретили магию, возведя научный прогресс в ранг божества, и светлых пустили под нож. Пока на континентах выясняли отношения и выпускали друг дружке кишки, экспедиции успели стать зачатками Домов и построить между собой дружественные отношения. Наши разведчики иногда проникают на оба континента, благо, в паре Домов ещё рождаются и светлые, и дроу, не несущие в себе явных отпечатков сумеречных.