Но это можно использовать. Ребенок, жаждущий мести Пожирателям смерти, может пригодиться. Да, это определенно можно использовать, а уж мотивировать он сумеет. Ментальные закладки, хорошо отработанные на Поттерах, действуют безотказно.

— Думаю, мы во всем разобрались и…

— Разобрались?! — Возмутилась Стебль. — Да кто — то пытался убить ребенка, тут нужно разобраться.

— Это может быть просто случайность…

— Это попытка убийства, хотели убить мисс Поттер и только вмешательство Луксинии спасло ей жизнь.

— Хорошо, мы все проверим. А теперь — собрание закончено.

Учителя разошлись, а директор остался думать и планировать…

— Я не умру, пока господин не прикажет мне… — Ответил я. Рыцарь в золотых доспехах держал клинок у моего лица.

— Ты дурак, брат. Ты поклялся свету! Орден не простит этого! Он — зло и должен быть уничтожен! — Заявил он.

— Говори что хочешь, «брат». — Последнее слово я просто выплюнул. — Я верен моему господину. И ты это не изменишь, Кевель…

— Тогда умри…

И блеск клинка…

Опять воспоминания. Кто это Кевель? Почему он брат? Кто такой господин? Слишком все непонятно. Сначала воспоминания о том, как я учился в универе. Теперь эти средневековые игры. Он убил меня. Убил. Но я видел другого. Того, фиолетового. Что же со мной? Так, спокойнее, нужно отвлечься. О, как раз боль пришла.

Было больно, и очень. Поймать грудью бладжер и полететь с башни — не самая легкая вещь. Вот же меня перекрутило. Как хорошо, что успел применить Теккай, а то мы меня размололо в порошок, и не дожил бы я до судного дня. Как же все болит. Я открыл глаза.

Лежу, смотрю в потолок, кажется, я в Больничном крыле. Слышу дыхание. Рядом со мной на стуле спит Гера. А она милая, когда спит. Боль в груди еще мешает, но кажется, меня подлатали, как следует. Все же не сомневался в мадам Помфри, она каждый раз лечила Поттера.

Чуть приподнялся, но в груди кольнуло. Надеюсь, заживет до нужного момента. Хотя лучше полежать тут подольше, и будет алиби на Хэллоуин, осталось ведь всего ничего. От моего вздоха проснулась Гера.

— Лукси! Не вставай! Ты чудом остался жив. — Замахала она руками, не зная, что делать.

— Все хорошо. — Улыбнулся я. — Я не собираюсь вставать. Не дурак.

— Ясно.

— Ты то как?

— Нормально. Все так быстро произошло, что я и не поняла ничего. — Грустно сказала она. — Ты толкнул меня, а когда я повернулась, тебя не было. А потом я увидела тебя, лежащего в крови на земле. — Она заплакала. — Я думала, ты умер…

— Ну не плачь, воробьишка. — Я погладил ее по голове. — Я жив. И это — главное.

— Ну да… Гермиона сейчас волосы на голове рвет, пытаясь понять, как ты выжил.

— Ее только это и волнует. — Усмехнулся я. — Просто я крепкий.

— Ага. Может теперь она поймет, что умирать — страшнее, чем исключение. — Усмехнулась она, перестав плакать.

— Вряд ли. Грейнджер считает себя самой умной, потому что ее хвалят взрослые, а в них она не сомневается. Считая себя лучше других, она думает, что может их поучать и все должны ее слушать. Пока она не уймет свою гордыню, то не станет счастливой.

— Ну, может быть. — Задумалась она.

— Это так. Она свято уверена, что всего можно достичь только упорным трудом и если кто — то превосходит ее, не прилагая столько усилий, это ее бесит.

— Но ведь ты не учишься столько же.

— Да, потому что я учился с детства. О магии я знаю давно и много тренировался. У меня есть знакомые авроры, они и помогли и подсказали что делать. Я учился и совершенствовался с восьми лет. Неудивительно, что я превосхожу своих ровесников.

— Согласна. А Гермиона не верит ни во что, кроме книг.

— Но их пишут люди, а они ошибаются. Ты хоть сама читала, что про тебя пишут?

— Нет. Родители не давали, сказали, что возгоржусь и стану зазнайкой. — Ответила она.

— А ты почитай. Если опустить все детали и смотреть на суть, то можно сказать, что Темный Лорд споткнулся о тебя и выпал из окна. А тебе остался Шрам. Вот и все. Никаких фактов или сведений. Тупая фантазия упоротого автора.

— Хех. Нужно почитать.

— Советую.

Затем пришла мадам Помфри и выгнана Геру из Больничного крыла. Мол, иди к себе, спи. Мы попрощались, и она ушла к себе. Меня пичкали зельями и заклинаниями, я следил, чтобы не подпихнули какую гадость. Но все было хорошо.