– Пехота? – спросил Магмед.

– Думаю, да, – согласился Гален Амптра. Он указал на конюшню. – На вид там может поместиться лишь десяток с небольшим лошадей, и я не вижу поблизости никакого лагеря.

– Сколько врагов? – нетерпеливо спросил Магмед, предвкушая бой, и радуясь, что находится подальше от этого выскочки Сендаруса. Возможно, Гален Амптра еще не носил титула своего отца, но он, по крайней мере, принадлежал к одному из Двадцати Домов.

– Трудно сказать. – Гален пожал плечами. – Если те, кого мы видим сейчас – просто часовые, то их там по меньшей мере человек пятьдесят.

– Всего лишь гарнизон.

Гален был в этом не столь уверен. Со своей позиции – за деревьями на холме близ городка – он не видел других признаков неприятеля, но его беспокоило, что в поле зрения не наблюдалось кавалерии. Не имело большого смысла оставлять гарнизон из одной лишь пехоты, которую мог отрезать и изолировать любой вражеский отряд, располагающий хоть какой-то конницей.

– Думаю, нам следует еще немного понаблюдать, – сказал Гален.

– Мы можем взять этот городишко одним ударом, – возразил Магмед. – Подай сигнал и…

– И мы можем оказаться ввязавшимися в полномасштабную битву без всякой надежды на подкрепление.

– И что из этого? – отмахнулся Магмед. – Чем раньше мы побьем этого Салокана, тем скорей закончится война.

– Нам даны четкие указания, – твердо сказал Гален. – Отданный приказ не допускает разночтений.

– Отданный этим аманитским выскочкой, – с явным отвращением бросил Магмед.

– Консортом нашей королевы, – напомнил ему Гален, – и обладателем Ключа Меча. Ты пойдешь против него?

Магмед насмешливо фыркнул, но ничего не сказал. Гален покачал головой. Слишком многие представители знати горазды только шуметь. Они так привыкли к преобладанию трона и так привыкли только и делать, что жаловаться на это, что когда у них появилась некоторая свобода выбора, они просто не знали, что с ней делать. Ну, Гален-то знал, что с ней делать: он сделает все, что в его силах, способствуя благу королевства, а это означало примирение Двадцати Домов с Аривой. Он хотел, чтобы и другие – в том числе и его отец – рассматривали положение дел так же, как он. Но, быть может, если он напрямую подаст пример, то поможет изменить сложившееся отношение.

– Думаю, нам следует еще немного понаблюдать, – повторил Гален и спустился к дожидающимся с другой стороны холма рыцарям, чтобы организовать разведку.

Они ждали, большей частью с нетерпением, до конца дня. Разведчики вернулись после заката и принесли именно те новости, каких и ожидал Гален. Поблизости располагались более крупные вражеские силы – большой лагерь не далее чем в пяти лигах от городка с по меньшей мере одним кавалерийским полком и двумя пехотными.

– Они патрулируют местность между лагерем и двумя приречными городками, включая этот, – доложил Галену один из разведчиков. – Уничтожить лагерь – и оба городка в ваших руках.

– И никаких других вражеских войск вы не видели?

– Только патрули из того лагеря. Они не ожидали неприятностей и не увидели нас. Солдаты у них ленивые.

«Не настолько ленивые, – подумал Гален. – Глянь, насколько они уже углубились на нашу территорию. Но наверняка чересчур самоуверенные».

– Значит, нападаем на лагерь! – провозгласил Магмед. – А потом можем напасть на городки!

– Нет, – подчеркнуто отказался Гален. – Если мы нападем на лагерь, то рискуем быть отбитыми. Мы должны гарантировать, что уничтожим те три полка, а не просто нанесем им ущерб. А для этого нам надо вытащить их в чистое поле.

Магмед, будучи неглуп, сразу понял, к чему клонит Гален.

– Значит, сперва нападаем на один из городков лишь с некоторыми из наших рыцарей?

– Выманивая полки из лагеря. – Гален кивнул. – А потом, когда враг окажется на открытой местности, нападаем с основной частью нашего отряда. Полное уничтожение этих полков должно отвлечь Салокана от осады на достаточно долгий срок для погони за нами. А потом мы можем вступить в генеральное сражение с основными силами Хаксуса.

Салокан знал, что реальный физический ущерб, причиненный его армии вылазкой Чарионы, был сравнительно невелик – несколько сотен убитых, не более. Но ущерб, нанесенный боевому духу армии, был существенно больше. Мало того, что они до сих пор так и не пробили брешь в стенах Даависа, возникало впечатление, будто Чариона так мало опасалась осады, что могла вырваться из города в любое время, когда ей вздумается, и учинить разор.

Салокан понимал, что если он хочет покорить Даавис, нужно срочно что-то предпринять. В сущности, это нужно сделать, если он вообще хочет выиграть кампанию, а, соответственно, и войну в целом. Ему казалось очевидным, что Рендл не сумел выполнить свою задачу – к этому времени наемнику уже следовало бы доставить Линана; и потом, был тот странный полет голубей с запада, свидетельствующий о неизвестной катастрофе, – значит, теперь все зависело от взятия этой провинциальной столицы. Следовало отбросить всякие хитрости и справиться с данным затруднением грубой силой.