Дни шли без изменений.

Тейт рассказывал Шелби о своих друзьях, оставшихся в Сиднее, просил почитать книжки на ночь. У нее каждый раз щемило сердце, когда она укладывала мальчика спать. Она слышала его молитвы, когда он с закрытыми глазами просил Боженьку позаботиться с его семье, особенно о Тиган.

Неделю спустя после приезда Тейта Шелби прочитала объявление о выставке, и ей пришла в голову идея. После завтрака Тейт вышел из столовой и отправился играть. Шелби спросила у Декса, что он думает по этому поводу.

Декс оторвался от документа, который изучал на экране лэптопа.

— Тейту будет жутко скучно.

— Я имела в виду нас двоих Может, Тиган захочет навестить Тейта? Ему бы это очень понравилось.

Декс нахмурился:

— Нам пока желательно не поднимать головы. Тиган сможет приехать…

— Тиган приезжает?.. — Тейт вбежал в комнату.

Декс старался его угомонить:

— Я не сказал, что Тиган приезжает.

— Ты сказал, я слышал! Ты сказал, она сможет приехать.

Шелби подала Дексу телефон:

— Уверена, она не будет возражать против одного выходного дня.

Декс усмехнулся:

— Идея твоя — ты и спрашивай.

Тейт замер, ожидая ответа сестры, его большие глаза устремились на Шелби. Он был такой маленький и так зависел от взрослых…

— Позвони ей! — велела она Дексу.

Декс набрал номер, но, когда в трубке послышался мужской голос, Шелби растерялась.

— Извините, — пролепетала она. — Должно быть, я ошиблась номером.

— Вам, наверное, нужна Тиган? — произнес мужчина. — Сейчас я передам ей трубочку.

У этого мужчины был приятный, низкий голос. В нем слышалась уверенность. Когда в трубке послышался голос Тиган, Шелби не могла не отметить, что он звучал хрипло.

— Надеюсь, я ни от чего тебя не отрываю, — сказала она.

— Все в порядке, — уверила ее Тиган. — Просто кое-какое дело… Мы уже почти закончили. Что случилось? — поспешила она добавить.

Шелби объяснила ей ситуацию.

— Я знаю, это рабочий день, — продолжала Шелби, — но, если бы ты смогла приехать. Тейт был бы очень рад!

Шелби изучала лицо Тейта, напряженно ожидавшего ее ответа. Он не заставил себя ждать.

— Я буду завтра к полудню.

Шелби тут же расцвела улыбкой:

— Она приезжает!

На следующий день, как и обещала, приехала Тиган, а Шелби и Декс пошли на выставку современного искусства. Декс настоял на том, чтобы купить Шелби выходной наряд, и она не нашла в себе сил отказаться. В результате он купил ей с дюжину сногсшибательных платьев.

На этот вечер Шелби выбрала скромное шелковое платье длиной до колена с глубоким вырезом. К нему подошла маленькая дамская сумочка с кристаллами.

Наслаждаясь обществом друг друга и выставкой, Шелби с Дексом разговорились с парой, владеющей фермой в Сан-Мигуэле. Они заговорили о том, чтобы организовать для Шелби, Декса и Тейта день на их ферме. В середине разговора у Шелби зазвонил телефон. Она взглянула на номер, и грудь у нее сдавило.

После отъезда из Маунтин-Риджа она регулярно общалась с отцом. Почему ее отец звонил в столь позднее время? Обычно он ложился почти сразу после захода солнца. Извинившись, Шелби отошла в тихий уголок и приняла вызов.

— Что-то случилось? — спросила она.

— Все в порядке, — уверил ее отец. — Просто не разговаривал с тобой эту неделю. Хотел убедиться, что у тебя все нормально. Лос-Анджелес — большой город.

Шелби извинилась:

— Я была занята.

Ее отец знал, что она работает няней, — заботится о замечательном маленьком мальчике по имени Тейт.

— Ну, судя по всему, у тебя действительно все хорошо, — сказал ее отец.

— А как ты? У тебя усталый голос.

Шелби могла представить его в своем кресле с тарелкой его любимых ореховых конфет на коленях. Раньше по вечерам рядом сидела мама и смотрела с ним ее любимые комедии и романтические мелодрамы…

— Я не столько устал, сколько не хочу стареть, — сказал отец.

Шестьдесят один — это еще не возраст.

К ней пришла беспокойная мысль.

— Ты не испытываешь боли?

Пять лет назад отец был вынужден поставить стент.

— Это не сердце, — убедил он ее.

Но Шелби уже решила — на следующий день позвонит мистеру Кокавецу, соседу, и попросит его навестить отца. Зеб Скотт редко выезжал в город. Он был из тех, кто не любит обращаться за помощью, даже если в ней нуждается. Шелби пожалела, что не может находиться рядом с ним, чтобы убедиться — тревожное чувство, которое у нее возникло, не больше чем ее воображение.